Метро 2033: На краю пропасти

– Да ладно, Палыч, расскажи ему уже, – махнул рукой Ярос, почувствовав, как мужчина умолк в замешательстве, пытаясь, видимо, вежливо отказать приемному сыну. – Не даст ведь спокойно отдежурить.

– Да, пап, расскажи!

– Да знаешь ты эту историю уже! Два года весь Юрьев про это судачит. И Ярос ее совсем не хочет…

– Ничего, Палыч. Я в порядке, – юноша лишь уставился на горизонт. Серая полоска неба, сливающаяся со столь же неприглядной равниной, завораживала и заставляла лишние мысли исчезнуть, словно отгораживая от того, что было.

– Ладно, – сдался мужчина. – Только смотри у меня! Мамке все расскажу. Потаскает она тебя за патлы сальные! Ох, Вань, потаскает.

– Не пугай, дядь Коль. – Мальчишка, казалось, совсем не боялся угроз отчима. Наоборот, глаза его разгорелись в предвкушении страшной истории, хотя он действительно слышал ее неоднократно. – Уже стемнело почти. Сам потом будешь ругаться, что не успел.

– Хорошо. Слушай, – начал Николай Павлович. Он подбрасывал в старую бочку дрова, шевелил угли, отчего по стенам вокруг плясали замысловатые тени.

Ванька съежился на тюке, подобрал ноги и обхватил руками коленки, будто от слов отчима в самом деле пробуждалась неведомая сила и бродила вокруг стрелецкой башни, желая наказать рассказчика и собравшихся рядом за распространение страшной тайны.

– Егор Кравцов…

– Это тот, веселый, – перебил Ванька, – в подмастерьях у механика был?

– Он самый, – кивнул Николай. – Не будешь слушать – живо к мамке пойдешь!

– Молчу-молчу, – мальчик тут же вжал голову в плечи, поглубже зарывшись в воротник.

– Так вот… Егорка пошел как-то через лес к плотине, чтобы плановый осмотр сделать. Через час вернулся в Юрьев сам не свой. Весь ободранный, в царапинах и ссадинах, глаза безумные! Горят прям глаза! Одежда порвана в нескольких местах, а на открытой спине… синяки да ссадины с кровоподтеками!

– Его били? – тут же не замедлил с вопросом Ванька.

– Били-били, – кивнул старший.

 – Еще как били! Но тогда из рассказа Егора ничего и понять нельзя было. Порол сначала невесть что – не мог нормально слов связать, так напугался. Потом все же допытались у него кое о чем. Когда уж успокоился, то рассказал о напавшем на него чудовище. Человек – не человек, тварь – не тварь, не пойми что в драной и заношенной старой одежде.

– Человек-чудовище? – Ванька так вытаращил глаза, словно слышал эту историю впервые.

– Никто точно не знает.