GROND: Высокий Ворон

Постоянный информационный поток никак не мешал и не отвлекал, он просто был, и она просто осознавала его, так же, как человек осознаёт положение своего тела. Она уже пробовала данный режим и ранее, но строго в рамках учёбы, теперь надо привыкать к постоянному подключению. Судя по первым впечатлениям, всё не так уж и плохо.

– Жить можно. Думаю, я сумею извлечь из этого пользу.

Привычным движением потянулась за чашкой горячего шоколада, который всегда ожидал её на прикроватном столике, но в этот раз рука схватила пустоту – чашки на положенном месте не оказалось.

Локальная сеть не помогла, так как не отслеживала приготовление вкусных завтраков. На памяти Ольги такое экстраординарное событие произошло впервые, и девочка сразу поняла: что-то случилось. Что-то плохое.

– Арина, ты где?

Некоторое время было совершенно тихо, только слышен слабый шёпот кондиционеров. Затем со второго этажа раздался приглушённый голос няни:

– Я у себя. Извини, сегодня завтрака не будет.

Такого тоже никогда не было раньше.

Оля наскоро оделась, мысленной командой отключила надоевший венецианский пейзаж за окнами и кинулась на второй этаж в крошечную каюту Арины.

Дверь в каюту была полуоткрыта, и, распахнув её, Оля увидела няню, сидящую за откидным столом. Такой свою учительницу она не видела никогда: Арина сидела совершенно неподвижно, её красивые тёмные волосы были распущены, глаза неотрывно смотрели в глухую стену. На столе перед ней стояла пара металлических оранжевых ящиков, от которых к запястьям няни тянулись пучки проводов.

– Арина, что с тобой?!

Няня очень медленно повернула голову, пару секунд смотрела на Олю и только потом ответила:

– Плохи мои дела, Воронок. Излучение завода повлияло на мою нервную систему гораздо сильнее, чем я предполагала вначале. Серьёзно повреждён жёсткий диск, винчестер. Я теперь не могу удерживать в памяти значительные объёмы данных, и мне приходится дублировать свою память резервной внешней системой – вот для чего здесь эти компьютеры. Если я отключусь от них, то подавляющее большинство моих данных, навыков и знаний пропадёт.

Я смогу выполнять только простую домашнюю работу, о твоём обучении и управлении системой жизнеобеспечения можно забыть. Такие дела.

Оля упала на колени рядом с Ариной Родионовной, из глаз девочки градом потекли слёзы. Она заплакала так горько, что красивый новый бант на русых волосах сник и потерял всякий цвет. Няня медленно, с трудом обняла девочку одной рукой и прижала к себе.