Terra Insapiens. Дороги

– Тебе идёт дурацкая корона! – заявил толстяк Шуту. – Впрочем, по тебе и так видно, что ты – шут гороховый.

– Жить, прикидываясь дураком, легче. К тебе меньше вопросов и больше сочувствия.

Шут снял погремушку и бросил обратно на стол.

– Это старому графу было в забаву, – с сожалением выговорил он, – молодому я уже не нужен. Он смотрит в рот тем, кто ему льстит, а моих шуток не понимает. Потому и спровадил меня с Виконтом.

– Как поживает твоя сестрёнка, где она сейчас? – спросил он у толстяка.

– Да здесь она, – Пётр кивнул в сторону двери, – мы вместе на ярмарку пришли.

Поболтав ещё немного и допив вино, Шут с Артуром вышли из корчмы. На торговой площади шумела ярмарка. Чего только там не было! Лошадиная упряжь, тёсаные доски, колеса для телеги, железные гвозди, дёготь и верёвки – всё необходимое для крестьянского хозяйства. Были товары и для людей побогаче – цветастые шёлковые ткани, богато инкрустированное оружие, резные седла, шерстяные попоны и товары совсем уж диковинные.

Помимо лавок и торговых рядов, в толпе ходили розничные торговцы, выкрикивая свой товар и зазывая покупателей.

– Селёдка копчёная, селёдка солёная! – напевал молодой парень, идущий с гроздями рыбы на груди. Небольшие селёдки были сквозь глазки нанизаны на верёвку, и от них разило таким густым рыбным духом, что Артур невольно задержал дыхание.

– Рыбий зуб! Кому рыбий зуб? – толкнул Артура, проходящий мимо торговец. На плече у него висел мешок, из которого торчали какие-то рога. Не сразу Артур сообразил, что это были моржовые клыки.

Пошли ряды с разнообразной едой и живностью. Артур с интересом глазел по сторонам. Шут ходил между рядов и балагурил с торговками.

– Что это, хозяйка, петух у тебя такой худой? Ты его молитвами, что ли, кормишь?

– Да ты на себя посмотри. Мой петух ещё потолще тебя будет!

Заметив молодую женщину в фартуке, идущую с корзинкой, Шут просиял и раскинул руки.

– Мартиночка, любовь моя. Я вернулся к тебе, красавица. Обними меня, родная.

Женщина сердито посмотрела на него и махнула рукой.

– Убирайся, скотина! Я всё знаю про тебя. Тебя видели в Ларме с какой-то танцовщицей на площади. Ты целовался с ней, а потом пошёл к ней домой. Мне всё рассказали!

– Мартина! Клянусь тебе, это было один раз.