Властелин Подземелий

Таким нехитрым способом я медленно передвигал двухтонную гору награбленных ресурсов. В день у меня было не более двадцати переходов, так что скорость в тридцать, ну, может быть, сорок километров в день была для меня максимальной. Так как моя лёжка по совокупному километражу находилась примерно в ста километрах от места упокоения «подгорного комбайна» по переработке породы во «вкусняшки», то недели мне хватило на перемещение ценного груза буквально впритык.

Благо работа была достаточно монотонной, и как говорится, пока лапы работают – голова не должна отдыхать.

К моему глубокому сожалению, хоть теория занятости конечностей и способствует освобождению головного мозга, но вот всё равно все мысли в ней начинают крутиться только около одной из тем – как же облегчить себе любимому жизнь. Так что по возвращении меня на седьмой день назад в лёжку из всех возможных идей были только две: первая – это улучшение самого себя, а вторая относилась к Мозгу.

Хоть второе мне и нравилось больше – всё же заставить других работать на себя не менее приятно, а иногда даже более привлекательно, чем работа над собой, – но всё же мне пришлось начать с первого пункта моего плана.

Кое-как разместив все две тонны полезного груза у себя в лёжке, я констатировал сильное захламление.

«Это непорядок, – философски заявил я сам себе и даже рыкнул по этому поводу: – Да блин! Как уже надоело рыкать постоянно!»

Просочившись между двумя высокими холмами, один из которых был по факту костями Пещерного Червя, а второй – его же черепом, я с удовольствием сполз в серный бассейн и, нежась в нём, приступил к самоусовершенствованию.

Во время моего мозгового штурма я проанализировал ещё раз мою встречу с Гномами. Пищи для ума, как говорится, было предостаточно. Моё тело на данный момент не имело никакой возможности для коммуникации с разумными.

То, что мне придётся рано или поздно вступить с ними в контакт, было неизбежным: торговля – это двигатель прогресса. Это утверждение было вбито в мою подкорку намертво не только системой начального образования, но и школой жизни девяностых годов.

Теперь настала пора решить эту проблему. И прикинув все доступные мне варианты, я принял решение не выдумывать велосипед, а пойти по проторенному пути.