Властелин Подземелий

И меня, словно приход наркомана, накрыла очередная гениальная идея.

«Дорогу прогрессивной реанимации! Пациент должен жить!» – выводил я пламенные лозунги.

У меня родился совершенно сумасшедший план, и для его воплощения мне требовался весь запас накопленной радиоактивной руды.

Приговаривая себе под нос: «Я у мамы умный мальчик, я у папы дурачок…», я решительно приступил к эксперименту.

Вытащив череп Червя в отнорок, ведущий к моей лёжке от главного туннеля, я уселся на пол и поставил череп прямо перед собой.

Возвращаясь к опыту, полученному пару недель назад, когда я только начал исследовать близлежащие пещеры и активно осваивал науку выживания, мне очень сильно «прилетало» от их обитателей. В те небольшие отрезки времени, когда мне удавалось спокойно посидеть и не нестись либо за очередной жертвой, либо наоборот уносить лапы от разъярённого хищника, который не желал оказаться у меня в желудке, я внимательно отслеживал процесс регенерации своего тела.

Как оказалось, процесс был крайне занимательным и, что меня буквально повергло в шок, – управляемым. Моё тело, словно послушный биологический конструкт, чётко понимало мои команды. Правда, только в том случае, если требования были уж совсем идиотскими. Ускорить заживление или даже вырастить новую конечность проблем не составляло – достаточно было сосредоточиться, и регенерация возрастала на несколько порядков, буквально на глазах затягивая рану.

Но вот если мой приказ был, по мнению организма, бредовым, например, я как-то пытался вырастить себе гриб на носу, то тут тело сопротивлялось с отчаянностью обречённого на вымирание.

В первое время меня это жутко раздражало, но потом я нашёл способ. Было достаточно непросто убедить организм, предоставив ему все аргументы «за», но и поверить в то, что именно так и никак иначе всё должно было быть.

Именно используя самовнушение, я сейчас и пытался нарастить плоть на одной из лап.

Теперь на передней лапе у меня получилась своего рода небольшая припухлость. Тут у меня в животе сильно забурчало.

«Ага, – догадался я задним умом, – столь активный и бурный рост мышечной ткани потребовал значительное количество строительного материала.