Искушение

Олег постарался придать голосу спокойствие, и откинулся на спинку кресла, не сводя с меня своего взгляда.

– Пока, да.

– Вот именно, пока. Так, как ты позволил себе разговаривать со мной, никто в компании не позволит.

Здесь я был с ним согласен. Сначала я тоже все принимал молча, а потом потихоньку стал отстаивать свое мнение, и это потихоньку выросло в текущую беседу. Причина его терпения была ясна нам обоим. Те проекты, которыми занимался я, даже почти на грани сроков, но не по моей вине, всегда подписывались заказчиком.

У меня не было ни одного прокола, ни одного отказа. Олег это знал и терпел, но сегодня я видимо перешел некую грань, а может быть, и у него было плохое настроение. Во всяком случае, звезды расположились на небосводе так, что мы столкнулись лбами.

– Я тебя не оскорблял и не собирался. Сказал то, что думаю. Я знаю, незаменимых нет, но я такой, какой есть.

– И другим быть не хочешь?

– Поздно. Меня учить, только портить.

– Доделывай проект, – произнес он несколько устало.

Что на меня нашло, я не знаю до сих пор, но ввязавшись в драку, самое трудное из нее выйти, не потеряв лицо.

– Нет, – ответил я тоже спокойно. – Пока не буду знать претензии заказчика лично, даже думать не буду.

– Не боишься потерять работу? Хватит разговаривать, иди уже и делай, что я приказал.

– Знаешь, Олег, я не пошел бы ты на… – я не стал продолжать фразу, а он все прекрасно поняв, все-таки спросил тихим голосом: – Куда?

– Постараюсь быть вежливым, не люблю грубости.

Скажем так. Я пошел на…, – и я, губами, произнес слово, а вслух продолжил, – ты не хочешь пойти со мной?

– Мое ангельское терпение кончилось.

– Терпение есть не только у ангелов, но и у демонов. Да и какой ты ангел! Тебе даже крылья не жмут, да и не бесполый ты, жена дети. Или я ошибаюсь?

Меня занесло, и остановиться я не мог, разве что заклеить рот скотчем, да если честно, то и останавливаться не хотел. Когда еще вот так по душам поговоришь с начальником?

– Ладно, папку оставь.

Ты уволен. Как начальнику мне тебя не жаль, а как человеку жаль. Так нельзя. Что ты будешь делать? Что ты умеешь?

– Немного, – согласился я, – я умею думать.

– Теперь у тебя будет для этого много времени.

– Значит, ты со мной не пойдешь?

– Нет, – улыбнулся он, – я останусь здесь, а ты пойдешь дальше. Так что, кто кого и куда послал, и как далеко стало ясно. Впрочем, до двери кабинета провожу.