Сердце Тьмы

Никому ведь не будет плохо от того, что я не пью кровь. Лично я бы не хотела, чтобы кто-то пил мою кровь.

– Ну, я уже говорил тебе, что существуют специальные доноры…

– Да. Я могу идти? – Эвви не терпелось вернуться к книге.

– Вообще-то, это не все, – Даниэль строго посмотрел на дочь. – Зачем ты вылила кровь в раковину?

– Чтобы вы подумали, что я, наконец, поела. Я хотела вас порадовать, но оно, видимо, плохо смылось.

– Люди жертвуют своей кровью, а ты так расточительствуешь, – Даниэль с негодованием покачал головой.

Кровь нынче было очень сложно достать. Только через черный рынок, иначе можно было вызвать подозрения.

А вообще, Дэну нравилось, что его малышка такая. Он надеялся, что монстр в ней никогда не проснется, что она вырастет человеком.

– Ладно, медвежонок. Все в порядке. Просто больше так не делай. Ты сама по себе повод для радости, и мы с мамочкой очень рады, что ты у нас есть. Я позвал тебя еще и потому, что на следующей неделе мы с мамой должны будем уехать на сутки.

– Конечно. Просто буду делать все, что и обычно, – заверила малышка.

– Вот и отлично, – Дэн подхватил дочь на руки и чмокнул в носик. – А теперь медвежатам пора спать.

Прозвище привязалось само собой, потому что, несмотря на то, кем она являлась, у девочки временами наблюдалась человеческая неуклюжесть.

А еще Дэн знал, что она только сейчас такая милая и очаровательная. В будущем природа возьмет свое, и она станет опасным хищником.

– Что будем читать? – укладывая дочь в постель, спросил Дэн.

– Давай «Хроники Нарнии», мне понравилось.

Во сне Эвелин не нуждалась, это больше было похоже на дрему, и вошло в привычку. Уже было семь утра, начинался очередной день, поэтому его лучше было провести в постели, подальше от губительных солнечных лучей. Так безопаснее.

Но в этот раз Эвви лишь притворилась, что спит. Родители говорили ей, что все книги – это выдумка. Но в этих книгах так красиво описывали солнечное тепло…

Даниэль и его супруга, Амелия, днем должны были появляться в свете, чтобы общество ничего не заподозрило.

Но часов в шесть-семь они всегда возвращались, потому что Эвви к этому времени уже просыпалась. Где-то в восемь они уходили снова, но девочку можно было смело оставлять одну.