Работорговцы. Русь измочаленная

Кто знает, что с ним сотворили в местах лишения свободы? Надёжных доказательств нет, но есть подозрения, так что будьте с Лузгой настороже, парни. Из одного котла не ешьте, из одной кружки не пейте. Впрочем, он сам всё это понимает и знает своё место.

– Лузга с нами пойдёт? – изумился Михан.

– С нами. Ему известен путь до самого сердца Орды.

Утром Щавель повёл ватагу в кремль и увлёк за собою доктора. Почтенный Альберт Калужский не имел чётких планов на будущее, а повадки странствующего лекаря заставляли держать нос по ветру.

К удивлению Щавеля, его пропустили к светлейшему, не отобрав ножа. Цербер в тамбуре настоял на том.

– Эльфа пытали всю ночь, – под глазами князя залегли тени, но привычка подолгу не спать брала своё, он выглядел бодрым. – Подвешивали его за яйца, ковыряли в заднем проходе калёной кочергой и даже обрили уши, а он, зараза, молчал.

– С кочергой совершенно напрасно, – заметил Щавель. – Эльфу только в кайф. Заговорил в итоге?

– Только когда мы не давали ему читать, – похвастался князь.

– Начитан, – поправил Щавель. – Как объяснил движущийся навстречу судьбе менестрель Эльтерриэль, чья музыка подобна отзвукам серебряного ветра, своё странное поведение на пиру?

– Сказал, что хотел как лучше. Дескать, желал произвести сильное впечатление на почтеннейшую публику и завоевать победу своему хозяину.

– Заказчику, – уточнил Щавель. – У эльфов нет хозяев. Что ж, произвёл. Сильнее всех впечатлился Штефан. С убийцей лепилы что будешь делать? На тяжёлые работы?

– К чему с албанским сатрапом ссориться? Пока в темнице сидит.

– Ты мудр, светлейший, – признал Щавель. – Как поступишь с движущимся навстречу судьбе менестрелем Эльтерриэлем, чья музыка подобна отзвукам серебряного ветра?

– Палач отрубил ему голову. Я судил прямо в темнице. Учитывая непреднамеренность причинения тяжкого вреда, я позволил приговорённому встретить восход солнца.

– Как поступишь с заказчиком, идущим в ногу со временем купцом Галантериэлем, отмеряющим полною мерою? – бесстрастно спросил Щавель.

– Купец Галашка будет изгнан из Новгорода до наступления темноты и лишён права торговать в пределах княжества на год… – Лучезавр запнулся. – Ты его знаешь?

– Он родственник моей супруги, – обронил Щавель. – Но это не имеет значения.

– Вот как, – молвил князь.