Работорговцы. Черный пролетарий

Рослый и осанистый, с наетым прямоугольным рылом и короткими волосами, сохранившими следы мастерства московского стилиста, он по манагерскому обычаю бороды и усов не носил. Топ-манагер был одет в пиджак и брюки, малость замаранные сажей и помятые, в бежевую сорочку с расстёгнутым воротом и бордовые офисные туфли, сильно разбитые пешим ходом. Он стоял под осиной, к которой беженцы старались не приближаться, и ждал, нервно кусая губы. Щавель подъехал к нему почти вплотную и спросил, глядя сверху-вниз:

– Ты здесь распоряжаешься?

Секунду на лице топ-манагера честолюбие боролось со страхом.

Кивнуть – значит выдать себя головой, принародно отречься от власти… Топ-манагер умел продумывать ситуацию на три шага вперёд и такого позора не допускал. Иначе бы не стал топ-манагером. Как дальше править, если всё обойдётся? Сразу отыщутся желающие занять козырное место, топ-манагер даже знал, кто именно. Малодушие было недопустимо, и офисный лев раскрыл пасть.

– Я здесь мэр.

Спешившиеся ратники из десятки Фомы привели с реки беженцев, загнали за конное оцепление и окружили лобное место с палачами, казнёнными и командиром Щавелем.

– Ты людей вешаешь, – сказал Щавель с ледяным безразличием. – Кто дал тебе право вершить суд и карать смертью?

Манагер сглотнул, но быстро нашёлся.

– По праву главы нового поселения, – он гордо вскинул подбородок и посмотрел Щавелю в лицо.

– Только если это поселение основано на новых землях по велению светлейшего князя, – продолжил искушённый в знании законов Щавель, – а ты разбил палаточный городок в пятнадцати верстах от Владимира.

– У нас самоорганизованное поселение, – набычился топ-манагер. – Я поддерживаю порядок всеми доступными средствами. Этих поймал за убийством, у них кровь на руках.

– Карать смертью, самопровозглашённый глава самоорганизованного пристанища людей без определённого места жительства, ты не можешь, – стылый взгляд старого лучника не сулил ничего хорошего. – Ты должен был отправить убийц во Владимир, на чьей земле они совершили злодеяние, но ты предпочёл умертвить их здесь, дабы запугать население и укрепить авторитет.

– Я поддерживаю порядок, – упрямо повторил топ-манагер.

– Как зовут тебя?

– Любослав Нахальный.

– Я боярин Щавель из Тихвина, – голос командира пронёсся над присмиревшей толпой. – Порядок на Руси волей светлейшего князя Лучезавра навожу я.

Дружинники поставили на ноги уцелевшего душегуба, вынули кляп.

– Убивал? – спросил Щавель.