Объятия тьмы

– Я спокойна! А вы тут пугаетесь малейшего шороха в моем присутствии! Как малые дети! – я подошла к окну и захлопнула его, – это просто ветер, ясно вам, ясно? – но сказала я это больше для себя.

– Ребекка, сядь, – папин голос был строг и холоден.

– Не хочу, я буду стоять здесь. Какая вам разница, где я нахожусь?

– Хорошо, будь по-твоему. Я просто хотел сказать, что о тебе знает только три человека в этом городе.

– Не понимаю. К этому числу надо прибавить еще около ста человек, хотя бы. Одноклассники, продавцы из магазина на углу, наши родственники…

– Просто послушай, я сейчас расскажу немногое, но это я делаю для тебя же самой, ясно? Как только я закончу, ты встанешь и пойдешь в свою комнату.

– Хорошо. Постой, подожди, – его лицо было таким серьёзным, что я уже не была уверена, хочу ли я слышать то, что он сейчас скажет. – Я чем-то больна? У меня рак мозга? От этого я теряю память?

– Нет, милая, что ты!

– Ты не наша родная дочь, – следом за мамой сказал папа, мама всхлипнула и испуганно подняла на меня глаза.

– Ясно, но при чем тут моя память?

– А… – родители смотрели испуганно и удивленно.

Конечно, мне только что сообщили о том, что меня удочерили, а я никак не отреагировала.

– Спокойно, я уже давно знаю, и я люблю вас, и я благодарна вам за то, что вы мои родители.

– Как давно ты знаешь? – мамин голос дрожал.

– С прошлого года, когда на биологии мы начали проходить генетику. Это было вскользь, но даже дураку было бы понятно, что у родителей с первой положительной не может быть ребенка с четвертой отрицательной.

– Но почему ты нам не сказала, что знаешь? Мы думали, ты закатишь истерику…

– Зачем? Я никогда не понимала фильмов, где ребенок, узнав, что он приемный, истерит, кричит и убегает из дома. В этом нет смысла. Родители и так чертовски волнуются, когда сообщают такое, а дети только добивают их своими истериками. Родителями являются те, кто вырастил и воспитал. А я вас люблю и не хочу расстраивать.

– Мы не знаем, кем были твои настоящие родители. Мы не знаем, кто они вообще такие, однако, мы поддерживали связь, переписываясь, но говорим только о тебе. Они подкинули тебя нам прямо на крыльцо и полностью расписали, кто ты такая.

– И кто же? – сердце тяжелыми ударами отдавалось по всему телу.

Папа сейчас скажет что-то, способное перевернуть мою жизнь с ног на голову. Я это чувствую.