Жизнь начинается после смерти

– Ну, тогда, – с богом! – Савонарола сотворил крестное знамение и, развернувшись удалился в одну из дверей Райской канцелярии.

Прежде чем отправиться исполнять поручение, Данте предложил перекусить на площади, в кафе, где специально для него держали говяжью вырезку и перепелиные яйца, которые он обожал. Спиртного в Раю не подавали, поэтому, для общего тонуса Данте принял бокал амброзии и поплыл. Язык его развязался и он начал разглагольствовать на тему: как неправильно и опасно ведёт политику райская администрация.

– Представляешь, они попутали берега! – сообщил он своим скрипучим голосом, опасно размахивая вилкой и опять нацелившись в меня своим орлиным носом. – Они перестали стесняться и решили продавать на индульгенции, как раньше, в средние века! Что ты об этом думаешь?

Понимая, что вопрос риторический я все же не удержался и ответил.

– Церковь всегда знала свою выгоду.

– Это да, – согласился Данте. – Но сейчас налицо сговор между тем и этим светом. Получается: покупаешь заранее местечко в Раю при жизни и, когда приходит время, гарантированно получаешь его здесь.

Каково?!

– Тот, кто это придумал, похоже, ничего не боится.

– А я о чём.

Глядя, как автор бессмертного произведения терзает кусок говядины, я в который раз восхитился толерантностью царившей в райском обществе, позволяющей находиться здесь, и святым, и блаженным, и людей с сомнительной репутацией праведников. И даже таким, как мы с Данте: представителям другого мира. «Что дальше?» – подумал я.

 – «С таким подходом здесь скоро поселятся мошенники, насильники и убийцы. Согласно заранее купленным билетам».

Вокруг, рядом с нами, за столиками масса народа присутствовала в виде статистов, непонятно для чего появившихся в кафе, и похоже, только мы были заняты конкретным, необходимым для жизни делом.

– Ну всё, кажется я насытился. – сказал Данте вставая из-за стола. Он отряхнул свой кафтан и направился к выходу.

Всю дорогу до Лимба он не проронил ни слова, шёл быстро, высоко поднимая подбородок и совсем не глядя под ноги.

На приветствия отвечал сдержанно, как человек привыкший к всеобщему вниманию. Я плёлся несколько сзади и на меня не обращали внимания, принимая, скорее всего, за слугу. У винтовой лестницы уходящей на второй уровень, где была дверь в предбанник второго круга, Данте остановился

– Когда мы войдём, нас встретит Минос. На его вопросы не отвечай, он любит придираться: кто да что, … Разговаривать буду я. Он меня знает.