Эксперимент с моделирующим компьютером

В этот момент взгляд Сергея пересекся с взглядом Вадима. Они без слов поняли друг друга, они оба думали об одном и том же.

Весь личный состав 17-го отдела молча смотрел на дисплей, не в силах оторваться от величественного зрелища.

Молчание нарушил Сергей:

– Что, ребята, за наш рабоче-крестьянский, не посрамим честь нашего флага! Начинаем!

Все одобрительно качали головами.

Лаврентьев отдал распоряжение одному из аналитиков:

– Валера, опиши нашу концепцию предполагаемой операции.

– Разрешите представиться, Сергей Владимирович, – лейтенант госбезопасности Климчук, – Сергей пожал лейтенанту руку.

– Ход операции разрабатывался именно нашим отделом. Никто, даже на самом высоком уровне, не знает ее в деталях. После того, как Вы ознакомитесь со всем подробно и одобрите общую концепцию, видеоголограмма уйдет сначала министру МГБ СССР, а затем в Кремль!

Русичев покачал головой:

– Все говорят о том, что из Кремля контролируют каждый шаг любого гражданина, а тут несколько человек разрабатывают план сверхсекретной, небывалой в истории спецслужб СССР операции!? – и уже как бы сам себе ответил.

– По нашему глубокому убеждению, переломить ситуацию в нужном нам ключе будет возможно, если мы выйдем на главу государства Российской Федерации 2-го параллельного мира и сумеем убедить его немедленно приступить к смене общественно-экономического строя в его стране.

Сделать это будет нелегко, но именно президент, с его влюбленностью в персональные электронно- вычислительные машины и вообще тягой ко всему оригинальному в электронике представляет для нас наибольший интерес. Кроме того, номинально он стоит во главе страны, ему подчиняются вооруженные силы и спецслужбы.

Сергей, молча слушал доклад лейтенанта, но когда тот остановился, поднял глаза.

– Знаю, о чем Вы сейчас подумали. Почему не председатель Правительства, он ведь и старше и более опытнее, лучше знает обстановку в своей собственной стране?

– Мы думали об этом и считаем: все же президент, именно в силу его неопытности, меньшей связи с криминальным капиталом, с его хотя бы поверхностным желанием что-то изменить к лучшему, для нас больше подходит, как объект воздействия.