Начальник службы безопасности

Договорились на 300 рублей в день, по окончании работы. Старший тут же отвёл меня в сторонку и слёзно стал просить:

– Командир, второй день не жравши. Выдели рублей триста на всех, поедим и работать веселее будет.

Я, добрая душа, конечно, авансом деньги дал. А сам направился на склад Гулю обрадовать, что процесс пошёл. Та перебирала сигареты, какие нормальные блоки – отдельно, какие закопчённые – доставала пачки, стягивала по десятку резинками – отдельно. Надо сказать, налаженные отношения с постоянными покупателями и здесь помогли – пачки забрали все и без упаковок.

Всё продали, выручили.

Через часа полтора находит меня Михалыч и, смеясь, тянет за руку к магазину. Иду, предчувствуя недоброе. Точно! Внутри вповалку лежат бомжи, уже семеро и спят в дупель пьяные. Мусора не вынесено нисколько. Только через час удалось поднять их, но работать те явно были не в состоянии. В конце концов пинками выгнал негодяев из магазина. Как можно было нажраться всемером вусмерть на триста рублей? И ещё одно понял – бомжами становятся, чаще всего, не только из-за непреодолимых обстоятельств, а и потому что, натура такая.

Им ничего не нужно: ни работы, ни жилья, за которое платить надо. Плывут себе по течению, как, простите, дерьмо и ладно. И ничего им не надо, всё устраивает. День прошёл, и ладно.

К этому же вспомнился случай, когда я, будучи молодым участковым, взялся помочь одному бомжу жизнь наладить. За что я его задержал, уже и не помню. Но разговаривали мы почему-то долго. Разжалобил он меня. И жить-то ему негде, и на работу не берут, потому что недавно с зоны «откинулся», и голодает, и воровать не хочет, а жизнь-жестянка снова заставляет…

Одним словом, поверил ему, что хочет новую жизнь начать и готов ради этого на всё.

Работать, мол, может и каменщиком, и сантехником, и слесарем. Только, как говорится, дай возможность. А у меня на территории располагалось общежитие от СМУ-5. Вот я и решил этого бомжа на стройку работать устроить, а жил бы он в этом самом общежитии. Кстати, очень приличном, семейном.

И поехал я на приём к заместителю директора СМУ. Тот, очень солидный занятой человек, тем не менее, нашёл время и принял меня. Долго я убеждал его принять на работу того бомжа. Под мою ответственность.

Тот, посмотрев на мой запал, мой знак о высшем образовании на груди, планки ордена и медалей, сказал:

– Знаю, что делаю глупость – такие люди работать не хотят и не будут. Но из уважения к Вам на работу возьму и место в общежитии предоставлю.