Вход в реальность. 1 часть

Только глядя в его открытое лицо, я до конца осознал, что весь ужас последних дней и особенно ночей остался позади, и у меня потекли слезы. Других офицеров я приветствовал только одной рукой, а второй безуспешно пытался вытереть глаза.

Капитан первого ранга представился, как старший помощник капитана. – Прием почти на высшем уровне! – удивился я появлению второго человека на корабле. Но скоро все выяснилось. Старпома интересовал не я, а мои собаки. Все его внимание было приковано к Джеку и Заку. Похоже, он был большим любителем собак, лишенным долгое время возможности общения с ними.

И сейчас он просто не смог отказать себе в возможности компенсировать эту потерю.

Пока Старпом отогревал свое сердце, глядя на собак, я познакомился с другими офицерами. Один из них был дежурным вахтенным офицером, а другой – из службы контрразведки корабля. Я сначала представился полностью, но, немного подумав, предложил им обращаться ко мне просто по имени. Весь экипаж Харалука имел на это полное право.

Немного успокоившись, я попросил у Старпома разрешение поблагодарить моряков, которые первыми пришли на помощь мне и моим собакам. Морские пехотинцы привычно стояли строем, ожидая дальнейших распоряжений, но своих улыбок они не скрывали. Я воспользовался ситуацией и принялся поочередно пожимать спецназовцам руки и обнимать их за плечи.

Но довести начатое дело до конца я не смог – праздник моего возвращения к людям был испорчен злобным рычанием. Волны эйфории мгновенно отхлынули, я резко повернулся и увидел оскаленную пасть Джека.

Я был настолько поражен увиденным, что забыл и думать о том, что твориться в головах моих собак, и о том, что они пошли на контакт с моряками, определив какие-то свои особые собачьи условия, несоблюдение которых грозило большей бедой.

А беда была совсем рядом. Правильнее сказать, ее носитель, ее главный виновник. И он был действительно рядом. На расстоянии вытянутой руки. Если бы я опять повернулся к морпехам и внимательно посмотрел на того, которому с благодарностью тянул руку перед вмешательством Джека, если бы я вспомнил про свои мучительные размышления о причине беспокойства собак на льдине, если бы я не остановил Джека, то, сколько бы страшных непоправимых бед удалось бы предотвратить.

Не говоря уже о том, что можно было бы избавить многих хороших людей от более мелких проблем и лишних седых волос. Но я не сделал ни первого, ни второго, ни третьего.