Скука бессмертных

Многие, как всегда, не готовы к первым заморозкам. Днём чуть теплее, лужи едва успевают превращаться в воду. Туда-сюда сновали брички с дровами. Лил дождь не первый час, городские улицы покрылись зеркалами луж. Безжалостный ветер срывал последнюю одежду с деревьев, что готовились уснуть до весны. Он танцевал с жёлтыми листьями вальс.

Отряд Лейвеада въехал в Дрим, никем не замеченный. Возле городских ворот люди слишком заняты подготовкой к зиме, а вот в центре, на площади, собралась целая толпа.

– Что случилось? – спросил Кристелл одного из мужчин.

– Разве ты не знаешь? Герцог Ригерд будет речь говорить. Он готовит нас к великой войне! Мы избавимся от гнёта Вельзувика! Наконец мы будем свободны!

Лейвеад не мог понять, что происходит. Он решил сразу же отправиться к дяде, однако охранники не впустили внутрь.

– Я виконт Лейвеад! Тебе известно моё имя?

– Известно. Но герцог Ригерд велел не пускать ни единого человека.

Охранников Лейвеад не знал.

– Может, новенькие? Хотя, такие знакомые лица! Где же я мог их видеть?

Прозрение пришло через несколько мгновений.

– Этого не может быть! Сигурд и Вилл! Они же… Они мертвы! Неужели, дядя пошёл на прямое использование некромантии? Войны ещё можно избежать! Я уверен!

Виконт подбежал к охранникам.

– Немедленно впустите меня! Иначе… – он лепетал какие-то угрозы, даже не запомнил сам, что именно сказал. Лица стражей оставались непричастными. Тогда Лейвеад рискнул прорваться силой. Его схватили за руку.

– Не стоит, – сказал Вилл замогильным голосом. – Герцог сам выйдет, когда будет готов.

Лейвеад пошёл на площадь, где его ждали товарищи. Через время на балкон вышел герцог. На нём была надета золотая корона поверх чёрных волос. Он помолодел, морщины загладились.

– Мы долгое время терпели гнёт проклятых вельзувийцев. Настало время сбросить их с нашей шеи. Эльдорас и Морелия смогут прожить без Вельзувика, и, тем более, Сюзеринга. Каждый, кто посмеет пересечь границу нашего королевства будет умерщвлен.

– Ура! – скандировала толпа. Лейвеад поддался на время и сам общему безумию. Невозможно слушать Ригерда спокойно, что-то чарующее в его словах. Готов мгновенно сорваться с места и пойти войной… Против кого? Мужчина сбросил наваждение, оглянулся. Вокруг лишь безумцы. Неважно, что именно говорил Ригерд. Важно то, что люди готовы были прямо сейчас прыгнуть в бездну, очертя головы. Чёрные глаза, что смотрели прямо в душу.