Оставленное сердце

Их больше интересовали тонкие блестящие плитки. Такие плитки были у каждого в руках. Ими люди направляли на дома, друг на друга, на Гида. Потом смотрели в плитки, показывали другим, смеялись.

И никто, никто не видел нас. Потом случилось странное. Люди разом обернулись и направили на нас плитки.

Я зажмурила глаза. Вдруг что-то произойдёт!

– Убедительная просьба, собак не трогать, – попросил Гид. – Не смотря на внешнею милоту, они опасны. Животные обитают в подвалах, где по настоящее время встречаются фонящие участки с высоким уровнем радиации.

Не исключено, что мать со щенками являются переносчиками.

– Их здесь кормят? – поинтересовалась высокая женщина с длинными ногами. На её голове светлая и пышная шерсть, в которой запутались солнечные лучи.

У меня сразу возникла мысль: как же блохам комфортно в ней живётся!

– Не без этого. Персонал патрульной охраны, – ответил Гид на вопрос.

– Можно один раз погладить? – молодая девушка с длинной, тёмной шерстью, смотрела прямо на меня и приветливо улыбалась.

– Прошу соблюдать меры предосторожности. Я в ответе за всех членов группы.

Девушка сделала шаг назад и улыбка на её лице стала другой. Словно виноватой, но в больших глазах по-прежнему читалась доброта. Какие же красивые у неё глаза! Я сразу влюбилась в них. Правда, их не сравнить с глазами мамы. У мамы они прекрасные!

Устав ждать, когда начнут раздавать еду, моя сестрёнка выбежала вперёд и бросилась к людям. Иначе они совсем не догадаются угостить нас вкусняшками!

Я ожидала ответной радости от людей, но никак не обувь у носа.

Сестрёнку мягко откинули назад. Она упала на спину. Ей было не больно. Она вскочила на ноги и, виляя хвостом, снова повторила свой бросок. Мы готовились лопнуть от зависти. С ней играют, а с нами нет! Поэтому организованно напали на людей. Стали прыгать им на ноги, облизывать и кусать обувь. Выяснилось, что люди умеют визжать, как те кабаны, которые иногда проходят по тропе за нашим магазином.

– Помогите! Я не хочу заработать онкологию! – громко верещала полная женщина с морщинами на лице и начала отпихиваться от моего старшего брата большой сумкой.

– Пальма знатная воровка, – закричал Гид. – На прошлом туре у одного участника прямо из автобуса стащила кусок пиццы. Пришлось выбросить остаток в урну. Испортила парню обед! Но он сам виноват. Брать еду с собой в Припять запрещается.

– Какой ужас. Ни себе, ни людям, – кто-то возмутился. – Кормят охранники, так им мало.