Волчьи пляски

Она вроде бы есть, а вроде бы и не к чему. Обидно за попусту затраченное время.

– Понятно, – подвел черту в разговоре Соболев и начал подниматься со стула, – Ну, я, наверное, пойду.

– Куда ты? – Лежнев явно не ожидал такого быстрого окончания прений, – И что тебе понятно?

– А ни черта не понятно, – в сердцах буркнул Яков Сергеевич, – Пока много слов, а все без толку. Пойду работать, пока не затянуло. Нужно будет предпринять что-либо конкретное в этом направлении. Может тогда толк будет.

– А эти сообщения?

Майор Соболев поджал губы.

– Если этот «агент» отзовется на те действия, которые я стану предпринимать, и отразит все в своих сообщениях, то тогда я смогу с большей долей достоверности утверждать, что он и есть «крот», либо его сообщник. Пока же, эта подборка для меня какой-то оперативной ценности не представляет.

Высказавшись, Яков Сергеевич обернулся в сторону выхода.

– Постой, – прозвучавший за спиной голос Лежнева показался ему сконфуженным, – Ну…не знаю,…возьми эти бумаги себе.

Может все-таки пригодятся.

– Ладно, давай, – желая побыстрее отделаться от разговора, не принесшего ему ничего полезного, Соболев протянул руку и принял от товарища корреспонденцию, содержащую сообщения загадочного «Кречета», – Авось чудеса на свете случаются.

Глубоко сомневаясь в нужности этих документов, майор, тем не менее, добросовестно вложил листки в папку, прежде чем покинул кабинет.

Глава 3.

Пермская тюрьма. Февраль 1995 года.

Сержант внутренних войск Петров втайне всегда мечтал стать каким-нибудь супергероем. Или, по крайней мере, стать хоть немного похожим на героев многочисленных западных боевиков, в последние лет шесть-семь прямо-таки заполонивших экраны кинотеатров и телевизоров, а также проживших короткую жизнь видеосалонов. Там они, рослые, холеные, играющие прокаченными мускулами, в капусту крошили орды всевозможных врагов, скрашивая этот увлекательный процесс скупыми прямолинейными остротами.

Илья Петров, несмотря на все свои потуги, никогда бы не дотянул даже до приблизительно похожего уровня. Он попусту тратил время в доморощенных школьных «качалках», ради собственного престижа ходил на секцию карате, потел над атлетическими комплексами, вычитанными в журнале «Здоровье». Однако всех этих усилий явно не хватало для того, чтобы кардинально переформировать физические данные рослого увальня, склонного к грузности и, временами, даже к полноте.