Волчьи пляски

– …Они должны быть спрятаны среди товара…

Так он и знал!

– Чертов Ухтум! – вырвалось то, что уже вертелось на языке, – Дальше!

– Да, да, Ухтум!!! – заторопился кавказец, – Он захотел конкурировать с Гургеном, поэтому тот был вынужден его уничтожить…

– Ухтум мертв? – оторопел Михаил от такой оперативности доморощенных наркомафиози.

Ребята определенно не обходились простыми методами запугивания.

– Да. И перед смертью, под пытками рассказал о том, что отправил новую партию наркоты, дал маршрут и координаты, где искать машину.

– Ежу понятно, – остановил его Багин, – Можешь не продолжать.

– Но…

– Передашь своему Гургену, чтобы он отстал от меня. Совсем. Я честный человек и, поэтому, уничтожу дурь до последнего грамма…

Глаза кавказца наполнились ужасом и мольбой.

– …Но это, же бешеные деньги!

– Плевать. Я так и сделаю. И запомни, в следующий раз, если ты встанешь на моем пути – пожалеешь. Понял? Ну, бывай, – он протянул руку, чтобы помочь Сурену подняться и принять сидячее положение, однако в следующий момент другой рукой нанес ему сильный удар в челюсть.

Не успевший даже закрыть глаза, тот обмяк и завалился навзничь.

Обстоятельства дела выяснены и теперь нужно быстрее уносить отсюда ноги. Оставив Сурена в покое, Михаил перешагнул через его тело и направился к своей машине. Но остановился, снова подошел к салону искалеченного автомобиля и выудил из кармана боевика, у которого он «позаимствовал» пистолет, запасную обойму.

«Вот тебе и денек! Развлечений через край.

Забравшись в кабину, он кинул «Макарова» на сиденье рядом с собой, после чего завел двигатель и тронул грузовик в путь. Выбросив из выхлопной трубы густой клуб черного дыма, КАМАЗ заурчал и продолжил прерванное движение, постепенно набирая скорость. Черная легковушка смятой коробкой осталась стоять посреди дороги, уменьшаясь и теряясь из виду.

_________________________________________________________________

Район заимки Козина. Костя Грач. Приблизительно 15:00

6 августа 1996 года.

Костя Грач не выказал ни капли удивления тому, что к нему явилась сестра Ангелины Барцевой. Отчасти потому, что удивляться особенно было нечему. «Волчица Ангелина», насколько он знал, недолго бы протянула без своих «волшебных таблеток». Наркоман – это особенное человеческое существо.