Волчьи пляски

Кажется, она уже в полной мере прониклась своим положением и перспективами, которые это положение ей давало.

– За что? – простонала она, – За что ты так со мной?

– За то, что сломала мне жизнь, – зло выдохнула в ее сторону Корнеева, – За то, что отдала жизнь невинного мальчишки в руки преступников. Разве ты не понимала, чего добивался знакомый нам обеим Витольд?

– Но тебе он понравился? – вдруг скривила окровавленные губы в подобие улыбки бывшая подруга, – Тебе, же с ним было хорошо.

– Может быть и так, – просто ответила на это девушка и ударила Анжелу так сильно, что едва снова не отправила ту в нокаут, – Я еще подумаю об этом. Сейчас мне важнее судьба сына Бельского.

Анжела тряхнула всклокоченной головой, словно пытаясь собрать расколотое на куски сознание в соответствие с нормой, после чего снова сфокусировалась на истязательнице.

– Я не знаю ни о каком Бельском, – устало прошепелявила она, выплевывая сгустки крови, – И о блондине твоем я ничего особенного не знаю. Это Павлик с ним…

Злобное мычание, доносившееся до нее до сих пор на полутонах, вдруг усилилось, едва не превратившись в подобие крика. Уловив его, Пашутина дернулась и, извиваясь в собственных путах, снова попыталась обнаружить источник звука собственными усилиями.

– Ах, вот оно что! – торжествующе произнесла Рита, – Значит, тебя подбил на это твой пентюх? Это значит, он продал мою жизнь блондинчику?

Она подошла к стулу, к которому была привязана Анжела и рывком развернула его в противоположную сторону. Пространство в глазах Пашутиной резко повернулось, после чего той стал, виден другой стул, на котором, спеленатый тем же образом, что и она, восседал ее бой-френд.

– Смотри-ка, – спокойно констатировала Рита, – Он так рассержен, что сейчас начнет писать кипятком. Ты тоже что-то хочешь сказать, приятель?

Она подступила ближе к Павлику и немилосердным рывком сорвала с его рта отрезок скотча.