Второе полугодие учителя Яманэ

Но хозяйка пообещала присовокупить к печке старинный бронзовый чайник в качестве бонуса, и Яманэ сдался.

Тут же из магазина он заказал доставку в Томиоку, что обошлось еще в четыре с половиной тысячи, но выбирать не приходилось: хибати весила добрых четырнадцать килограммов.

***

27-го он нашел в почтовом ящике короткую записку от Сатико:

«Хибати просто великолепная! На Новый год особых планов нет, хочу пойти в храм».

Вместо положенной уборки Яманэ с утра слонялся по узким улицам квартала Янака, где было много магазинчиков – и обычных, и антикварных.

Никак не мог решить, какой подарок выбрать для Сатико. Сначала прикидывал что-то из одежды, но побоялся прогадать с размером и цветом.

Потом долго стоял в переулке перед витриной совсем крошечной и захудалой лавки Тамуры-сан, у которого, однако, попадался иногда хороший жемчуг. Там было одно приятное кольцо, но Яманэ чувствовал неуместность такого подарка. Тамура-сан заметил его сквозь стекло и махнул ему.

Яманэ очнулся, поклонился и пошел кружить дальше.

Наконец, в магазинчике неподалеку на холме среди домашних обиходных предметов, беспорядочно расставленных в витрине, он увидел один необычный и сразу решил купить. Опять китайская старая вещь: обитый шелком ларчик, а внутри круглая фарфоровая шкатулка под крышкой – наполнить краской для личной печатки. Во втором отделении ларчика – деревянная подставка под шкатулку. И мотив на шкатулке – «каракко», китайские дети, и расцветка говорили о том, что это скорее женский предмет.

Яманэ обрадовался, что отыскал такой изящный и нейтральный подарок, и расплатился.

Он выходил из магазина, когда за спиной услышал оклик:

– Hello, old boy!

Пряча сверток в рюкзак, Яманэ неловко смешал японское и европейское приветствия, одновременно кланяясь и взмахивая рукой.

Грузный, загородивший пол-улицы американец жил в этой местности уже лет десять и недавно открыл новый бизнес – купил два домика рядом и сделал пансион для сдачи внаём туристам.

Звали его Дик, и со своей женой-японкой он скорее приятельствовал.

Дик был одет как байкер, включая красную бандану за сто йен на голове, которой часто маскировал свою пятидесятипятилетнюю лысину.

– Новогодние подарки? – уличил он Яманэ, весело зыркнув на его рюкзак. Они немного поговорили по-английски, и Дик уговорил Яманэ, расслабившегося от удачной покупки, выпить пива на Янака-Гиндзе.