У входа в Шахрай

«Но что им было нужно? И почему я ничего не помню? Ох! Сволочи, пробили мне голову!»

Далеко впереди опустилась и снова взмыла птица. Аян уже видел ее часом раньше. Теперь он не удивился, хотя в первый раз его охватил ужас. Тогда птица долго планировала над ним, и Аян боялся, что она нападет и выколет ему глаза. Но, посчитав его несоблазнительной добычей, птица улетела. Теперь она, видимо, передумала и решила вернуться. А может, это была ее сестра – такой же мутант, переживший Великую Вакцинацию благодаря своему уродству.

Аяну оставалась надеяться, что вкусы этой птицы такие же, как у ее товарки. Он пошел дальше, шаг за шагом уходя все дальше от того пустыря, на котором очнулся.

«Почему меня принесли сюда? И как они смогли это сделать? Все входы и выходы на Поверхность были затеряны еще при Первом Губернаторе? И кто эти самые они? Неужели Эрны?»

Аян смотрел под ноги, открыв глаза ровно на столько, чтобы видеть, как движется под ним земля. «Точно! Рому был вне себя от гнева. А когда он узнал об отставке отца, это должно было взбесить его еще больше.

Но как он… Что это еще?!»

Он услышал незнакомый ритмичный звук и вскинул голову. К нему мчался всадник.

***

Шахрайские городские лифты, в отличии от социальных, работали на славу. Упругие тросы терлись друг о друга, сплетались стальными жилами и гудели, поднимая и опуская вечно спешащих куда-то горожан. Вверх-вниз, вверх-вниз. Аян смотрел сквозь стеклянную дверь лифта, как медленно сменяются этажи Шахрая, в то время как Мирас спорил с отцом.

– Сын, тебе пора определиться с профессией. Что ты думаешь о работе в Совете? Или заняться скотоводством, как родственники твоей матери. – Сейт так прямо держал голову, будто в воротник его пиджака были вставлены иглы, и он боялся уколоться.

– Отец, я бы хотел работать в Министерстве…

«Плохая идея, – подумал Аян. – Сейчас отец заведет любимую песню про предназначение».

И правда, Сейт тут же ответил:

– Мирас, Министерством Покоя целиком и полностью будет руководить Аян.

Выше него ты не прыгнешь, а мой сын не должен быть на вторых ролях, даже если на первой – другой мой сын. В Совете ты построишь отличную карьеру. Завтра же замолвлю за тебя слово…

Аян перестал слушать. Он облокотился на стеклянную стену и задрал голову вверх. Мосты и улицы закрывали весь вид, однако Аян все же доставал взглядом до начала рабочего района. «Вряд ли Миру понравится часто там бывать», – заключил он.