Мозаика, или Алмазы Рау

– Вы, что, я не пью, мама говорила это плохо.

– А то что с тобой случилось, хорошо?

– Нет.

– Вот и выпей, легче станет.

Выпитое обожгло Пупсику желудок, и как не странно успокоило.

– Вот теперь меня опять изобьют, деньги кончились, а водку мы с вами выпили, а повеситься вы мне не дали.

Палыч хмыкнул:

– А по-другому ты не пробовал с бедой бороться?

– А как?

– Избить их самих, подобное лечится подобным.

– Я не умею драться – грустно вздохнул Пупсик.

– А и не надо, главное у тебя дух есть.

– У меня? Я никогда и никого в своей жизни не ударил.

– Вот что, сейчас пойдем к тебе и дождемся их, и я докажу, что у тебя есть душок, даже не душок, а настоящий дух, я это брат сразу просекаю.

– А вы Палыч кто?

– Геолог я, с командировки еду.

– Уважаемая профессия.

– Очень уважаемая, только вот командировки не в радость.

Так незаметно за разговорами добрались до комнаты Пупсика. Палыч прошел, долго смотрел на фотографию Пупсика с мамой.

– Это и есть твоя мама?

– Да.

– Похож ты на нее, а от чего умерла?

– Врачи сказали сердце.

– Моя тоже померла, а я как всегда в тайге нефть искал.

– Нашли?

– Конечно нашел, за десять-то лет.

И тут выбив ногой дверь в комнату ввалилась пьяная компания во главе с Клопом. Клоп был сильно на взводе.

– Где поляна, сученок? – заорал он, с ненавистью глядя на Пупсика – Ненавижу таких вот задротов как ты.

Пупсик, как его научил Палыч смотрел ему прямо в глаза, и странно совсем не испытывал страха, с глаз как будто упала какая-то пелена;

– Ведь это не человек, это даже не животное, это тварь – подумал Пупсик, в груди его разгоралось нечто, ранее ему незнакомое, охватывающее всю душу чувство, которое красным огнем залило ему глаза.

Руки сами схватили стоящую на столе пустую бутылку из-под водки. Раз и бутылка разлетелась об тупую рожу клопа, два и осколок, оставшийся в руках, острым краем вошел ему в живот. Из пропоротого живота полезли сизые кишки. Клоп испуганно заверещав, сел на пол и руками пытался затолкать свои внутренности обратно в живот, после чего засучил ногами и затих. Палыч тем временем закрыл входную дверь на замок и вернулся в комнату, в руке у него тускло поблескивал нож.

– А ну, сявки, сели на пол – повернулся Палыч к трем оставшимся, потерявшим от страха способность двигаться быкам.

Быки послушно опустились на пол, под одним из них растекалась лужа.

– Обоссался гад – констатировал Палыч.

– Смотри Пупсик, смотри и запоминай.