Тараканы

– Всего пару лет назад мало кто из проституток в Бангкоке вообще знал, что такое ВИЧ, – сказал Нхо. – Но теперь многие из них сами берут с собой презервативы.

– Допустим. Но если я отец семейства, как Мольнес, то я, скорее всего, позабочусь о том, чтобы тоже иметь презервативы, ради своей же безопасности.

Сунтхорн фыркнул:

– Если бы я был отцом семейства, я не пошел бы к сопхени.

– К проститутке, – перевела Крамли.

– Разумеется. – Харри рассеянно постукивал карандашом по подлокотнику.

– Что еще странного ты нашел в этом деле, Харри?

– Деньги.

– Деньги?

– У него с собой было всего пятьсот батов, то есть примерно десять американских долларов. Но девочка, которую он снял, стоит тысячу пятьсот батов.

На мгновение все притихли.

– Хороший вопрос, – сказала Крамли. – Но может, она обеспечила себе гонорар до того, как подняла тревогу, обнаружив, что он мертв?

– Ты имеешь в виду, что она его ограбила?

– Именно. Выполнила свою часть договора.

Харри кивнул:

– Возможно.

Когда мы сможем поговорить с ней?

– После обеда. – Крамли снова откинулась на спинку стула. – Если желающих выступить больше нет, то все свободны.

Желающих не было.

По совету Нхо Харри выкроил сорок пять минут, чтобы съездить в посольство. Спускаясь в переполненном лифте, он услышал знакомый голос:

– I know now, I know now![11 - Я знаю теперь, я знаю! (англ.)] Сульшер! Сульшер!

Харри повернул голову и, соглашаясь, улыбнулся в ответ.

Так вот кто самый известный норвежец в мире.

Футболист, нападающий, из английского промышленного города потеснил всех наших первооткрывателей, художников и писателей. Поразмыслив немного, Харри решил, что мужчина в лифте по-своему прав.

Глава 10

На восемнадцатом этаже, за дубовой дверью и двумя кордонами секьюрити Харри нашел наконец металлическую табличку с норвежским геральдическим львом. Женщина за стойкой, юная миловидная таиландка с маленьким ротиком, еще меньшим носиком и бархатными карими глазами на круглом лице, наморщила лоб, изучая его документы.

Затем она сняла телефонную трубку, тихонько произнесла три слога и положила ее.

– Кабинет мисс Виг второй справа, сэр, – сказала она с такой очаровательной улыбкой, что Харри подумал было, а не влюбиться ли в нее с первого взгляда.

– Войдите, – раздался голос из-за двери, когда Харри постучал.

В кабинете, склонившись над большим письменным столом красного дерева, сидела Тонье Виг, погруженная в свои записи.