Хрупкое равновесие

Почему ты не рассуждала так, когда Найт пришел с бредовой идеей о сделке с Грифом?

Девушка посмотрела в окно и обнаружила, что он остановился возле ее дома. Диана смутно помнила, что творилось в ее голове в момент сделки, наверняка знала только то, что пошла на сделку по велению сердца. Ради него, ради мужчины, сидящего сейчас рядом и будоражащего ее кровь своим бархатным голосом. Она не думала. Она просто любила. Уже тогда, еще не понимая этого чувства.

– Это нельзя объяснить, – прошептала она, выходя из машины.

Стефано последовал за ней:

– Ты должна была думать, Диана. Найт хитер, как лис. Он только и ждет удобного случая, чтобы попользоваться портом за «так». – Стефано схватил ее за руку, пытаясь заглянуть ей в глаза. – Плевать на порт, дело не в нем.

Диана остановилась. От его прикосновения по телу пробежала дрожь. Он не кричал, но она уловила нотки беспокойства в его голосе.

– Чем ты думала, когда согласилась ехать ночью одна к Грифу? К моему заклятому врагу. Мои люди послали тебя туда, они понесут наказание, но ты, Диана, должна была иметь хоть каплю здравого смысла.

Она молчала, не зная, что сказать. Хотя ей так хотелось прокричать о том, что было на сердце! Но она не могла.

– Из-за вас я пошла на это. И вы не можете наказать своих людей, они были против. Все. Но я настояла на своем. – Диана открыла дверь и вошла в дом, включая свет и бросая ключи на столик. Ее руки дрожали, а сердце сильно стучало. Хоть бы он ни о чем больше не спрашивал.

– Спасибо. – Стефано помог ей снять куртку. – Но, кажется, я не просил тебя помогать.

Оказавшись перед зеркалом в майке, с перевязанным полиэтиленовой пленкой плечом, она попыталась ее снять.

– Пожалуйста. Но меня не надо просить, я делаю это добровольно.

Висконти бросил ее куртку на диван и подошел сзади, пальцами отыскивая края пленки:

– Придется привыкать жить иначе.

Он слегка приподнял ей руку, чтобы размотать пленку. Диана молча наблюдала за ним в отражении, не понимая его слов. Он делал это с такой нежностью, что на секунду ей показалось, что это не он расстрелял людей «Заед», сейчас перед ней стоял совсем другой человек – заботливый и ласковый.