Спаситель

– Это ты понимал с самого начала, – сказала Мартина. – Такие люди не приходят на ужин и не приглашают прессу, если намерены ответить отказом. Им ведь надо победить на выборах.

– Да, – вздохнул Экхофф. – Победить на выборах. – Он посмотрел в окно. – Симпатичный парнишка этот Рикард, верно?

– Ты сам себе противоречишь, папа.

– Его нужно слегка направить, тогда он станет для нас превосходным сотрудником.

Мартина подрулила к гаражу под штаб-квартирой, нажала на дистанционный пульт – стальная дверь поползла вверх.

Под одной из потолочных ламп возле синего командирского «вольво» стоял Рикард в комбинезоне и перчатках. Но Мартина смотрела не на него, а на высокого блондина рядом с Рикардом, она сразу его узнала.

Девушка припарковалась подле «вольво», но осталась в машине, принялась что-то искать в сумке, меж тем как отец вышел, оставив дверцу открытой, и она услышала голос полицейского:

– Экхофф?

Между голыми стенами гулко прокатилось эхо.

– Он самый. Чем могу помочь, молодой человек?

Дочь хорошо знала этот отцовский тон. Доброжелательный, но властный.

– Харри Холе, инспектор Полицейского управления Осло. Речь идет о вашем сотруднике. Роберте…

Мартина, выходя из машины, чувствовала на себе взгляд полицейского.

– …Карлсене, – продолжал Холе, снова повернувшись к командиру.

– О брате, – сказал Давид Экхофф.

– Простите?

– Мы предпочитаем относиться к своим коллегам как к членам семьи.

– Понимаю. В таком случае должен, к сожалению, уведомить вас о смерти в семье, Экхофф.

Мартина почувствовала, как внутри все сжалось. Полицейский помолчал, словно давая им время осознать известие, потом продолжил:

– Роберт Карлсен застрелен сегодня в семь вечера на Эгерторг.

– Боже милостивый! – вырвалось у командира. – То есть как?

– Пока мы знаем только, что неизвестное лицо из толпы застрелило его и скрылось.

Отец Мартины недоуменно покачал головой:

– Но… вы говорите, в семь? Почему… почему мне не сообщили раньше?

– Потому что в подобных случаях мы в первую очередь информируем ближайших родственников.

Полицейский отвечал деловитым, терпеливым тоном, и Мартина поняла: он привык, что на сообщения о смерти люди реагируют нелепыми вопросами.

– Да-да, понимаю, – сказал Экхофф, надул щеки и выпустил воздух через рот. – Родители Роберта живут сейчас не в Норвегии.