Спаситель

Ему не хотелось думать о том, что может случиться дальше, но отмахнуться от этих мыслей не удавалось.

– Помогите!

Растерянный крик утонул в шуме вновь налетевшего ветра. Он ухватился за сетку другой рукой и вдруг расхохотался. Быть не может, чтобы все кончилось вот так! Что его найдут на контейнерном складе, загрызенного сторожевой собакой! Он набрал воздуху. Острые концы сетки впивались под мышку, пальцы онемели. Еще несколько секунд – и он не удержится. Будь у него оружие. Хотя бы бутылка вместо карманной фляжки, он бы разбил ее и использовал для обороны.

Фляжка!

Последним усилием Харри запустил руку во внутренний карман и вытащил фляжку. Сунул горлышко в рот, ухватил крышку зубами и повернул. Крышка снялась, бренди плеснуло в рот. По телу толчком прошла дрожь. Господи. Он припал лицом к сетке, зажмурил глаза – далекие огни «Плазы» и «Оперы» стали белыми черточками среди черноты. Правой рукой он наклонил фляжку, так что она оказалась прямо над красной пастью собаки. Выплюнул изо рта крышку и бренди, пробормотал: «Твое здоровье!» – и опрокинул фляжку.

Две долгие секунды черные собачьи глаза в полном замешательстве смотрели на Харри, меж тем как коричневая жидкость, булькая, лилась в пасть. И челюсти разжались. Харри услышал, как собака шлепнулась на голый асфальт. Затем донесся хрип и тихий скулеж, когти царапнули по асфальту, и собака исчезла во мраке.

Харри подобрал ноги, перелез через забор. Закатал штанину и даже без фонаря понял, что сегодня надо идти в травмопункт. Посмотреть «Все о Еве» не удастся.

Положив голову на колени Теа и закрыв глаза, Юн слушал тихое бормотание телевизора. Шел сериал из тех, какие она любит. «Король Бронкса». Или Куинса?

– Ты спросил у брата, подежурит ли он на Эгерторг? – поинтересовалась Теа.

Рукой она прикрыла ему глаза. Он чуял сладковатый запах ее кожи: она только что сделала себе укол инсулина.

– Ты о чем? – переспросил Юн.

Она убрала руку и недоверчиво посмотрела на него.

Юн засмеялся:

– Не волнуйся. Я давным-давно с ним договорился.

Он согласен.

Теа удрученно вздохнула. Юн взял ее руку, снова положил себе на глаза.

– Только я не сказал ему, что это твой день рождения. Наверно, тогда бы он не согласился.

– Почему?

– Потому что он с ума по тебе сходит, ты же знаешь.

– Это ты так считаешь.

– А ты его недолюбливаешь.

– Неправда!

– Почему же ты всегда напрягаешься, стоит мне упомянуть его имя?

Она громко рассмеялась. Вероятно, чему-то в Бронксе.