Снеговик

Адреса и имени отправителя нет, почтовый штемпель поставлен в Осло. Отпечатано на стандартном струйном принтере.

Прежде чем Харри успел попросить, Катрина Братт нажала на выключатель возле двери, кабинет погрузился в темноту и на белой стене четко вырисовался четырехугольник света.

Читали в полной тишине.

Скоро выпадет первый снег. И тогда он снова появится. Снеговик. А когда снег растает, он снова кого-то заберет с собой. Ты должен спросить себя вот о чем. Кто сделал снеговика? Кто делает снеговика? Кто породил Мурри? Потому что сам снеговик об этом не знает.

– Поэтично, – пробормотал Бьёрн Хольм.

– Что такое Мурри? – спросил Скарре.

Ответом ему было монотонное стрекотание проектора.

– Интереснее всего, кто такой Снеговик, – вставила Катрина Братт.

– Явно тот, кому не мешало бы подкрутить мо?зги, – решительно произнес Хольм.

Засмеялся только Скарре и осекся, потому что Харри из темноты объяснил:

– Мурри – так называли одного давно умершего человека. Вообще мурри – это австралийские аборигены, живут в штате Квинсленд.

Зашелестел шепот.

– Маньяк! – выдохнул Бьёрн Хольм. – Тот самый, которого ты убил!

Харри кивнул.

– Значит, ты думаешь, что у нас клиент такого рода?

– Учитывая это письмо – не исключено.

– Эй, эй, попридержите лошадей! – поднял руки Скарре. – Сколько раз ты уже кричал «волки!», когда тебе чудилось что-то похожее на то австралийское дело, Харри?

– Трижды, – ответил Харри.

– А ведь в Норвегии серийных убийц до сих пор не бывало. – Скарре бросил быстрый взгляд на Братт – убедился, что она его внимательно слушает. – Может, это все из-за тех курсов по «маньяковедению», которые ты прошел в ФБР? Может, потому ты их видишь везде и всюду?

– Не исключено, – подтвердил Харри.

– Тогда позволь напомнить тебе, что за исключением парня, что бегал со шприцем за стариками, которые все равно вскорости должны были умереть, в Норвегии серийных убийц не было никогда.

– Неправда! – бросила Катрина Братт. Все разом повернулись к ней, и она подавила нервный зевок. – Они водятся и в Швеции, и во Франции, Бельгии, Германии, Англии, Дании, России и Финляндии. При этом известны только раскрытые преступления. О невыявленных данных предпочитают вслух не говорить.