Снеговик

И тогда он дал ей последний пинок – пустил в ход пустяковую угрозу, которая, впрочем, удивительным образом действовала и на виновных, и на невиновных:

– Вы можете рассказать мне все здесь и сейчас или проехать вместе со мной в участок для допроса.

Глаза Онни Хетланн наполнились слезами, голос был едва слышен:

– Она должна была там кое с кем встретиться.

– С кем?

Женщина всхлипнула:

– Лайла сказала мне только, как его зовут и кем он работает. Но это была тайна, ее никто не должен был узнать.

Особенно Бастиан.

Чтобы скрыть ярость, Рафто пришлось уткнуться в блокнот.

– Назовите имя и место работы, – выдавил он.

Он записал все, что она сказала, в блокнот. Внимательно изучил написанное. Довольно обычное имя. И работа тоже довольно обычная. Но поскольку Берген – город маленький, подумал он, этого должно быть достаточно. Он всем своим существом чуял, что взял нужный след, – под «всем существом» Герт Рафто подразумевал тридцатилетнюю службу в полиции и глубокое знание человеческой натуры, основанное на присущей ему природной мизантропии.

– Вы должны мне кое-что пообещать, – обратился Рафто к подруге убитой. – Ни одной живой душе вы не откроете того, что только что мне рассказали. Никому из членов семьи. Ни одному журналисту. И даже другим полицейским, с которыми придется разговаривать. Вы меня поняли?

– Даже… полиции?

– Вот именно. Расследование веду я. И мне необходим полный контроль над тем, кто владеет этой информацией.

Пока я не дам вам других указаний, вы ничего не знаете.

Наконец-то, подумал Рафто, спускаясь с крыльца по каменной лестнице. Окно в полуподвальчике сверкнуло, приоткрывшись, и у него вновь появилось ощущение, что за ним наблюдают. Ну и что? Реванш будет за ним. За ним одним. Герт Рафто застегнул пальто и победоносно двинулся по блестящим улицам к центру, не замечая редкого дождика.

В пять вечера небо над Бергеном прохудилось окончательно. А на столе перед Рафто уже лежал список фамилий, полученный из Департамента труда.

Он принялся искать кандидатов с подходящим именем. Таких оказалось всего трое. Он вернулся от Онни Хетланн два часа назад и теперь подумывал, что совсем скоро будет знать, кто убил Лайлу Осен. Дело раскрыто менее чем за двенадцать часов. Раскрыто им, и никем больше. Потому он самолично проинформирует прессу. Столичные журналисты уже перемахнули через горы и обосновались в полицейском управлении.