Снеговик

Харри медленно кивнул:

– А кто этого снеговика скатал, Юнас?

– Не знаю.

Харри посмотрел в окно. Вот почему он приехал сюда сам, а не послал кого-нибудь из сотрудников. Ему почудилось, будто через всю комнату прошла ледяная трещина.

Харри и Катрина сели в машину и отправились вниз по улице Хиркедалсвейен по направлению к Майорстуа.

– Что вы первым делом отметили, когда мы приехали? – обратился Харри к напарнице.

– То, что там живут далеко не родственные души, – ответила Катрина, пролетая на всех парах пункт въезда на платную дорогу.

– Хм. А почему вы так подумали?

– Ну, это же совершенно очевидно, – улыбнулась Катрина и взглянула в зеркало заднего вида. – Разница во вкусах.

– Поясните.

– Вы видели этот безобразный диван и столик в гостиной? Типичная мебель «под девятнадцатый век», купленная человеком двадцатого века. Но обеденный стол из беленого дуба с алюминиевыми ножками выбирала она. К тому же это «Витра».

– Что за «Витра»?

– Фирма. Швейцарская. Дорогая. Такая дорогая, что, если бы она купила вполне приличные копии, а не оригинал, сэкономила бы на обстановку для всей этой чертовой гостиной.

Харри отметил про себя, что чертыхнулась Катрина не так, как это делают обычно. В ее устах ругательство звучало неким языковым контрапунктом, который лишний раз подчеркивал ее принадлежность к высшему классу.

– Ну и что?

– Понятно, что в таком крутом домище, да еще в таком районе Осло деньги – не вопрос.

Харри кивнул, больше своим собственным мыслям. Первое впечатление его никогда не обманывало. Катрина Братт оказалась молодцом.

– Теперь расскажите, что вы думаете, – попросила она. – Это же я вроде как должна у вас учиться.

Харри скользнул глазами по старой, богатой традициями, но все же абсолютно нереспектабельной забегаловке под названием «Лепсвик»:

– Я думаю, Бирта Беккер покинула дом не по своей воле.

– Но ведь никаких следов насилия нет!

– Потому что все было хорошо спланировано.

– А кто же преступник? Муж? Чаще всего так оно и бывает, правда?

– Ну да, – ответил Харри, ощущая, как мысли растекаются в разные стороны. – Виноват всегда муж.

– Только вот этот конкретный муж был в Бергене.

– Да, похоже на то.