Грация королевы небес. Тайна Марко

Но ведь он его снял, верно? Ведь неудобно управлять самолетом, когда тебя стесняет одежда. Это Марко, сомнений не должно возникать.

Дверь, которая граничила с кабиной пилотов, закрыла Эва, разрывая последнюю ниточку, за которую держалась Адель. И резко она осталась без защиты, ощущая одиночество и страх. А страх вернулся с новой силой, костяшки пальцев побледнели на подлокотниках, Адель сильно сжимала руки.

А вот работа в кокпите шла полным ходом. Пилоты сверяли чек-лист: Марко зачитывал, а Габриэль проверял:

– Двери.

– Закрыты, заблокированы.

– Окна. – Оба пилота обернулись и проверили свои окна.

– Закрыты, заблокированы.

Перед полетом надо пройти большую подготовку – все проверить, ничего не забыть. Любая невнимательность пилота может стоить жизни пассажирам.

Затем настало время запрашивать диспетчерское разрешение на буксировку:

– Вышка, это Катания – Рим 5–6–5, добрый день, запрашиваю разрешение на буксировку, – сказал в микрофон Марко, на что получил ответ от диспетчера:

– Добрый день, буксировку разрешаю на точку запуска номер двенадцать.

– Буксировку, запуск по готовности разрешили на точку номер двенадцать. – Важно было повторять слова, сказанные диспетчером. Повтор диспетчерских слов – это печать с подписью пилота, чтобы дать понять, что он слышал и готов выполнить. Если пилот молчит, диспетчер должен переспросить или повторить информацию.

Самолет плавно откатывали со стоянки, а Габриэль запускал двигатели. Он должен делать это поочередно: сначала левый, потом правый, но только после того, как разрешение даст капитан.

Однажды у Габриэля журналисты взяли интервью, где их целью было узнать как можно больше о Марко дель Боско. Второй пилот никогда не подставит своего коллегу, напарника и начальника. И о Марко нельзя было сказать плохого. Да, он был суровым, но справедливым, мог накричать в полете за небольшую оплошность.

– Запуск первого двигателя, – произнес Габриэль, его рука лежала на РУДе, готовая отклонить его от себя.

– Старт, – произнес капитан, наблюдая, как Габриэль отклоняет рукоятку РУДа, и прислушиваясь к гулу двигателя – он заводился плавно. Марко обожал звук начального запуска. Вообще все, что касалось плавности, Марко любил. Пассажиров пугала резкость. А плавность… она подготавливает.