Леопард

 – Когда я объяснил Клюйту, что у меня за душой ни гроша, он явно расстроился, но вежливо объяснил мне, что, будучи деловым человеком, вынужден придерживаться определенных принципов. Он уверил меня в том, что они вовсе не предполагают использование методов пыток из Конго, но что он просто-напросто продаст мой долг триаде с некоторой скидкой. В моем случае он был готов подождать с продажей тридцать шесть часов, давая мне шанс успеть выбраться из Гонконга.

– Но вы не успели?

– Иногда я медленно соображаю.

– А что было потом?

Харри обвел руками вокруг.

– Вот это и было. «Чункинг-мэншн».

– А планы на будущее?

Харри пожал плечами и потушил сигарету. И Кайе вспомнилась обложка диска, которую показал ей Эвен, с фотографией Сида Вишеса из «Sex Pistols». И музыка как чуть слышный фон: «No fu-ture, no fu-ture»[14 - «Будущего нет, будущего нет» (англ.).].

Он загасил сигарету.

– Вот вы и узнали, что вам было надо, Кайя Сульнес.

– Что мне было надо? – Она наморщила лоб.

– А разве не так? – Он встал. – А вы что, думали, я треплюсь про опиум и про долг, потому что я такой весь из себя одинокий норвежец, встретивший соотечественницу?

Она не ответила.

– Я рассказал все это для того, чтобы вы поняли: я не тот, кто вам нужен. И чтобы вы могли возвращаться домой с чувством исполненного долга. Чтобы у вас не было больше проблем на лестницах, а я мог спать спокойно, не боясь, что вы приведете моих кредиторов прямо ко мне.

Она посмотрела на него.

– Подождите.

Кайя открыла сумку, извлекла оттуда маленькую красную книжечку и протянула ему. Ей было интересно посмотреть, какой эффект это произведет. Его лицо становилось все удивленнее по мере того, как он ее листал.

– Черт, до чего же похоже на мой настоящий паспорт.

– Он и есть.

– Удивительно, что убойному отделу хватило на него денег.

– Ваш долг слегка упал в цене, – улыбнулась она. – Мне сделали скидку.

– Рад за вас. Но я в Осло не собирался.

Кайя пристально посмотрела на него. Ей не хотелось это говорить. Но выхода не было. Придется использовать последний козырь, тот, который Гуннар Хаген рекомендовал ей беречь до последнего, если упрямец окажется совсем уж невозможным.

– Есть еще кое-что, – сказала Кайя и призвала на помощь все свое мужество.