Красношейка

Поэтому, когда Мёллер откашливался перед тем, как задать очередной волнующий его вопрос, он сначала хмурил брови, чтобы показать Харри, что волнуется за него по профессиональным причинам, а никак не личным.

– Харри, я слышал, ты все торчишь в «Шрёдере»?

– Меньше прежнего, шеф. Я смотрю там телевизор. Там замечательный экран.

– Но ты там сидишь?

– Им бы не понравилось, если бы я стоял.

– Ладно, проехали. Ты по-прежнему выпиваешь?

– Минимально.

– Что значит минимально?

– Если бы я пил меньше, меня бы просто выкинули из ресторана.

На этот раз Мёллер не удержался и рассмеялся.

– Мне нужны три офицера связи, – наконец сказал он. – Чтобы управлять работой десятка сотрудников различных полицейских округов фюльке[4 - Фюльке – графство, административная единица Норвегии. (Прим. перев.)] Акерсхус. Плюс пара кадетов выпускного курса Полицейской академии. И я решил, что самыми подходящими будут Том Волер…

Волер. Расист, мешок с дерьмом и неприкрытый карьерист, который скоро покажет себя во всей красе.

Харри был наслышан о методах работы Волера, демонстрирующих все пороки, которые молва приписывает полицейским, плюс еще парочку. Кроме одного: Волер, к сожалению, был отнюдь не дурак. Как следователь он достиг столь потрясающих результатов, что даже Харри пришлось признать, что Волер действительно заслужил повышение.

– …И Вебер…

– Этот старый брюзга?

– …И ты, Харри.

– Say again?[5 - Здесь: не понял? (англ.)]

– Ты все расслышал.

Лицо Харри перекосилось.

– Есть возражения? – спросил Мёллер.

– Конечно.

– Но почему? Это же такое почетное задание, Харри. Такое доверие.

– Неужели? – Харри загасил сигарету и с силой раздавил ее в пепельнице. – А по-моему, это очередная попытка реабилитировать меня.

– Что ты имеешь в виду? – Бьярне Мёллера задело это замечание.

– Да, я знаю, вы не послушались умных советов и снова решили потащить меня в пекло после Бангкока. Я искренне благодарен вам за это. Но кем вы меня делаете на этот раз? Офицером связи? Это звучит как попытка убедить сомневающихся, что вы правы, а они – нет.

Что Холе – восходящая звезда, что ему можно поручить ответственное дело и все такое.

– И что?

Бьярне Мёллер снова сел в позу «долгого разговора».

– И что? – передразнил Харри. – Если все это объясняется таким вот образом, выходит, я снова просто пешка?

Мёллер удрученно вздохнул:

– Все мы пешки, Харри. Все давно расписано. И твоя роль не хуже прочих.