Когда запоют мертвецы

От предложения потрогать кожу («Она еще горячая, вот, щупайте!») друзья вежливо отказались.

Наконец Эйрик сделал несколько понюшек, соблазнившись табаком Боуги, вернул себе кофту и плащ, и парни двинулись в обратный путь. Ветер на сей раз не завывал, но слабо шуршал в низкой траве, как мыши, спасающиеся от вулканической лавы. Свободные от своей таинственной ноши, юноши двигались веселыми перебежками, перепрыгивая через низкие камни и отплясывая на дорожках между могилами, чтобы согреться. Со стороны могло показаться, что в глубине души все были даже рады, что их затея провалилась.

– Стойте-ка…

Магнус обронил это так тихо, что Эйрик с Боуги успели пройти вперед на несколько шагов, прежде чем обнаружили, что их друга нет рядом. Магнус застыл недалеко от их самой первой могилы. Он щурился, глядя куда-то в сторону, а затем нерешительно двинулся к захоронению.

Эйрик и сам ощутил нечто странное. Уже некоторое время его тревожил шуршащий звук, источник которого в темноте он не мог обнаружить. Спина Магнуса маячила перед его глазами.

Подобно флагу, белел воротник нижней рубашки, торчащий из-за плаща.

Когда Магнус остановился, Эйрик и Боуги едва не врезались в него. Они вернулись к тому месту, где Эйрик прочел свой первый гальд. Только теперь могила была уже не пуста. Земля, поросшая сухой травой, разорвалась, как старое одеяло, и вскопалась у изголовья. В могиле сидел до пояса зарытый в почву покойник. Перепутать было невозможно: несчастный был мертв достаточно давно, чтобы все мясо слезло с костей, обнажая серый череп с остатками волос.

Руки скелета чинно покоились у него на коленях поверх травы. Покойник не проявил никакого интереса к подошедшим парням. Казалось, его вытянули из земли на веревках – только колыхались на ветру редкие лохмотья. Первым подал голос Боуги:

– А где его гроб?

Эйрик деловито обошел мертвеца сзади, хмыкая и потирая подбородок. Он старался держаться так, словно каждый день наблюдал восставших покойников, но и сам понимал, что выглядит это как бравада.

Всем троим было страшно. Не так страшно, конечно, как если бы скелет выскочил на них из-под земли, но достаточно, чтобы держаться подальше от нового знакомого.

– Похоже, он пробил его лбом, – заметил Боуги, хмурясь и указывая на щепки, застрявшие в комьях земли. Ему было жалко покореженную древесину, пускай даже старую и истлевшую.

Несколько раз обойдя восставшего покойника, троица убедилась, что скелет им не отвечает и вылезать окончательно не намерен.