Освобождение

– Солнышко, думаешь меня это волнует?

И после этого я осталась одна стоять возле почтовых ящиков и молиться о возможности выйти из подъезда и остаться живой. Мне уже не нужны были никакие награды, только лишь исчезновение того психопата.

К сожалению, очень скоро мою мольбу отшвырнули, как футбольный мяч, и мне пришлось отступить от нашего плана.

ГЛАВА VI

Однажды, когда моя младшая сестра бегала на даче за мухами со сложенной газетой в руке, ей удалось прихлопнуть лишь одну. Она тогда очень расстроилась, а мама улыбнулась и сказала: «Всех же не убьешь».

Озверевший парень по ту сторону двери, может, и заденет кого-нибудь, но он точно не уложит нас всех, ведь в жизни, как и в кино, кто-нибудь да выживает.

Только не факт, что эту роль отвели именно мне.

Дверь где-то на верхних этажах хлопнула, послышались звуки закрывающегося замка, а потом и быстрые шаги.

Можно было снова садиться на ступеньки и продолжать ждать своих преступников, но тут мне в голову ударила дикая мысль: мужчина выйдет из подъезда, и псих с пистолетом сможет попасть внутрь, и тогда мне наверняка придет конец.

Оставаться в подъезде стало опасно, и я бросилась по лестнице вверх, подбегая к каждой двери на площадке и стуча кулаками, при этом выкрикивая:

– Впустите меня! Он сейчас будет здесь! Пожалуйста, откройте!

Если честно, услышав бы я дома такие мольбы, я бы ни за что на свете не подошла к своей двери, а притаилась бы в комнате в надежде, что кто-нибудь другой отзовётся на чужие эмоции.

Но сейчас я так надеялась, что Саша с Костей услышат меня и не оставят на съедение хищнику. Это был бы худший сценарий, а главное – совершенно несправедливый, ведь я всё ещё оставалась последней, кого стоило убивать.

Добравшись до четвёртого этажа и постучав во все три двери, я секунду подождала, и, когда ничего не произошло и нога уже опустилась на следующую ступеньку, одна из дверей распахнулась, и на пороге показался нахмуренный Костя. Он дал мне понять, что я отвлекла его от крайне важных дел, но мне было всё равно, потому что радость от того, что я спасена, затмила собой всё остальное.