Дикая Охота

Думала, что сейчас увидит белую гладкую кожу с нежными островками родинок, но вместо этого под тонкой тканью пряталась уродливая сетка рубцов – они походили на змей, которые пытаются прорваться сквозь плоть. При одном взгляде на эти шрамы у самой Грейс начало саднить между лопаток, словно от укусов муравьев.

Диан Кехт двигался обстоятельно и спокойно. Он не спешил, но и не желал задерживать зрителей: переложил темную косу с медным отливом со спины на плечо, чтобы не мешалась, склонил голову. Его поза излучала покорность.

Первый удар Тыковка нанес без предупреждения, и толпа слегка вскипела, как кофе в джезве. Охотники ерзали на своих местах, посмеивались, будто пришли в цирк, а не глазели на то, как полосуют чью-то спину.

Грейс ожидала, что след от удара будет похож на широкую ссадину, но кнут рассек кожу и мышцы почти до кости. Диан Кехт дернулся и упал ничком, кровь вспенилась в глубокой борозде и потекла по бокам. Грейс думала, что скоро он, как в кино, поднимется и выпрямится, но охотник остался лежать.

Во рту Грейс пересохло, на языке ощущался противный металлический вкус. Она хотела отвернуться, но не смогла, вид крови словно притягивал взгляд.

Четвертый удар вышел совсем слабый, и зрители были явно недовольны. Но Тыковка уже свернул кнут и отошел в тень. Диан Кехт лежал на траве, не шевелясь, и девушка отгоняла от себя мысль, что единственный человек, проявивший к ней симпатию, сейчас может быть мертв.

– Ему нужна помощь? – сглотнув, спросила она.

– Кому? – удивился Александр.

Грейс подождала, пока до него дойдет. Дошло не сразу.

– Боги, Диану Кехту? – наконец расхохотался он. – Ты шутишь?!

Грейс разозлилась и сильно щелкнула его по носу.

– Ай! – Александр перестал смеяться. Ага, значит, все-таки больно! – Слушай, это несправедливо, могла просто переспросить… Нет, Диану Кехту твоя помощь не нужна.

– Он не умрет?

– Ты сейчас отрезанную голову спрашиваешь?

Возражение было справедливое.

– Но ему больно!

– О, вне всяких сомнений, – равнодушно ответил Александр.

Грейс не могла больше этого выносить. Вскочив, она оставила голову у корней дерева и побежала в центр поляны. Никто ее не останавливал.

Диан Кехт лежал неподвижно. С развороченной спиной он походил на неумело разделанную индейку, но его руки слабо подергивались.