Кривые треугольники – 2

А что я скажу родителям? – шокировано и испуганно спросила Синти.

– Что я уезжаю с мужем в Италию. И ты едешь со мной, чтобы помочь мне там привыкнуть. Кроме того, тебе просто необходим отдых. Ты посмотри на себя. Ты же ходячий кошмар! А там солнце, фрукты! Ну, в общем, думаю, нам вполне удастся уговорить их, тебя отпустить.

– Да, с такой перспективой, думаю,…– глубоко задумавшись, ответила Синтия – … удастся. Но куда ты денешь меня на самом деле?

– Синтия! – Лаура укоризненно покачала головой, – Не хорошо обманывать родителей!

– Ты что хочешь сказать…

– Я хочу сказать, что мой муж умрет от восторга.

И готов будет взять тебя с собой. Тем более, он, бедняжка, до сих пор чувствует свою вину, что лишил меня общения с некоторыми моими друзьями.

– Лаура, – рассмеялась Синтия, – порой, ты бываешь ужасно циничной лицемерочкой! – ласково пожурила она.

– Большое спасибо! Это самый лучший комплимент в моей жизни!

– Ко всему прочему, ты просто невозможно очаровательна! – шутливо поддела ее Синти.

И Лаура с удовольствием состроила смешную рожицу.

– Но Лаура, могу ли я принять это от тебя? – с сомнением, нерешительно спросила Синтия. В её глазах, наконец – то засветился огонь надежды.

– Синти, я даже мечтать не могла о таком чуде! – возбужденно воскликнула Лаура, – Там, вдали от дома, где все чужое, я не буду одна. Это же восхитительно! Видишь, какая, я эгоистка?!

– Да, действительно, невозможная! – укоризненно поддразнила Синти, тайком облегчённо вздохнув. И они весело засмеялись.

– Лаура… – Синтия вдруг нерешительно замялась.

– Да? – С готовностью поддержать её спросила Лаура.

– А ты не обидишься, если,… со своими родителями я поговорю сама? – С неловкостью опустив глаза, спросила она, погрустнев, будто вспомнив что – то очень тяжёлое и неприятное.

– Да, конечно. – Растерялась немного Лаура. – Я просто хотела помочь тебе…

– Я всё понимаю! – С готовностью подхватила Синтия, и добавила, будто извиняясь – просто так будет лучше.

Синтия просто не в силах была сказать сейчас, признаться, Лауре, такой чистой, и доверчиво-невинной, несмотря не на что, что ей пришлось пережить, что её выгнали из дома, как прокажённую.

Родной брат. И родители, ни мама, ни отец, ничего не сделали, чтобы защитить её. Они молчаливо согласились с ним. И осудили её, не желая даже выслушать, ни то чтобы попытаться понять.

– Я всё объясню тебе потом – пообещала Синтия. «Когда сама буду к этому готова» мысленно пообещала она себе.