Лора

– да, конечно, – и протянул письменные принадлежности.

Отлично. Двери на террасу плотно закрывались и скорее всего он мало что услышит. А мне так не терпелось наконец записать все те стихи и мелодии, которые роились у меня в голове без выхода уже целых два месяца. Только ради этого уже стоило сюда прийти, принц даже не представлял, какой драгоценный подарок мне сейчас сделал. Я удобно устроилась на уже знакомом плетеном кресле. Музыка лилась из самого сердца, выплескивая всю боль, все страхи и переживания, робкие надежды и счастливые моменты последних дней.

Стихи рождались в голове с такой скоростью, что я просто не успевала их записывать. Весь мир перестал существовать вокруг. Наконец-то я занималась тем, что так любила, для чего наверно была рождена. Я записывала очередные ноты, напевая поднос себе мелодию, когда принц вошел на террасу.

– Что ты делаешь? – спросил он, усаживаясь напротив.

– да так, пустяки, – уклончиво ответила я.

– Ты сама пишешь песни? – скорее утвердил, чем спросил он, – спой что-нибудь, мне интересно.

«Ну уж не дождешься», – пронеслось в голове. Я на секунду замялась, думая под каким благовидным предлогом отказать.

Принц вдруг рассмеялся:

– Ладно, не мучайся, пытаясь выдумать, что мне тут наплести. Не хочешь – не пой. Я не заставляю.

И он вытянул длинные ноги, положив на мое сидение.

– А вот Стайлс бы от тебя так просто не отстал, он бывает до ужаса нудный, – ехидно улыбнулся Макс, развалившись на оба кресла.

Он что, хочет обсудить со мной парня, которому планирует меня передать, как мило.

Что ж, я тоже могу уколоть, мой принц:

– Странно, мне сложно представить его нудным, как вы выразились. По-моему он очень. – тут я опустила глаза в притворном смущении – обаятельный. Такой умный, благородный, жизнерадостный. А его глаза! Вы видели? Они же у него такого удивительного цвета, когда будто солнце отражается в стоячей воде озера. А эти плечи… даже удивительно как можно иметь такую чудесную фигуру, занимаясь умственным трудом.

Наблюдая за своей жертвой сквозь опущенные ресницы, я со злорадством отметила, что цель была достигнута. Расслабленное лицо принца как – будто окаменело, а по щекам прокатились желваки.

– Да жаль, что ты сейчас в МОИХ покоях, – он смотрел почти зло. Наверно я перестаралась, расхваливая мага.

– Впрочем, терпеть тебе осталось не долго, – продолжал Макс, – где – то через 3 месяца я уеду, и будешь целых 2 года наслаждаться его чудесными глазами.