Фонарики в небе

Мишка вздрагивал от раскатов грома и молчал, Юра накинул на него свою куртку и хмуро ждал автобуса. Они, автобусы, переполненные людьми, ползли, как едва живые киты. Мишка переобулся в новые сапоги, Юра перетаптывался в мокрых ботинках.

– Как вселенский потоп, – сказал кто-то на остановке.

Юра давно не видел, чтоб с такой силой и мощью лил дождь в столице. Улыбнулся: тем, кого застал вселенский потоп, было куда хуже… Когда водяная стена стала почти прозрачной и дождь приобрёл некоторую монотонность, им удалось взобраться в очередной переполненный автобус, и остаток дороги они в нём отогревались.

Даже радовались тому, что он ехал медленно. Потом шли домой, перепрыгивая с затопленных дорожек на новые гладкие тротуары. Хорошо хоть, взяли зонтик, один на двоих.

Когда наконец-то открыли новыми блестящими ключиками новую дверь и Юра, сняв промокшие ботинки, прошёл в ванную, – охнул и опустил руки: пока их не было, каким-то непостижимым образом треснул бачок унитаза.

– Мишк, – позвал он, – согрей чаю! – Это была первая его реакция.

С такими вещами по ремонту дома он ещё не сталкивался. – Я поеду в «Конструктор», а ты дособирай свои вещи и посуши всё, что мокрое. Где мои сапоги?

– Юра, а там дождик ещё не кончился. Вон, громыхает… Сапоги ты вчера в рюкзак убрал. Ты опять поедешь? Может, завтра?

– Не, не будем экспериментировать с соседями, да и вообще… – Ощущение того, что лучше заканчивать с делами и выезжать к Наташе, возникшее утром, нарастало, и, поразмыслив, он решил, что ничто ему не мешает выехать в деревню.

Кота только надо соседке отнести, пока мама не вернётся из санатория.

Сел с Мишкой пить чай: как же хорошо… Даже ноги почти согрелись, хотя внутри всё ещё сидела холодная дрожь. В квартире было зябко: горячую воду отключили на две недели. Можно сказать, это некоторое испытание на прочность духа: такая погода и холодная вода. Они с Мишкой не унывали, пока не наступил сегодняшний день. Юра держался, хотя внутренне передёргивался от предстоящего похода в магазин по дождю… Наверное, придётся жигулёнка заводить: так теплее, да и бачок не на себе же тащить.

– Юр… – сказал Мишка, – а помнишь, как в зоопарке горный козёл у нас хлеб выпрашивал?

– Ага, – Юра отвлёкся от невесёлых размышлений.

– Скажи, умора просто? И носом тёрся, и глазами так смотрел, будто его неделю не кормили! А как павлин мяукал? Я думал, это кошка!

– Помню, – улыбнулся Юра.