Майя для сурового

– Ты зайдешь или до утра стоять будем? – иронично подняв бровь, уточнил Суворов.

Фыркнула и сделала шаг, изо всех сил стараясь не оглядываться. Сняла обувь и прошла в гостиную. Богдан следовал за мной как приклеенный, а его тяжелый взгляд на своей пятой точке я словно физически ощущала, отчего дыхание моментально сбилось, а щеки покраснели.

Оба семейства в полном составе совершали ритуальное чаепитие. Матушки очень воодушевленно что-то обсуждали, папеньки с кислыми лицами поглядывали на большой шкаф со стеклянными дверцами, на полках которого красовался папин запас спиртного.

– Доченька, присаживайся, рассказывай, как дела на работе, – тут же защебетала матушка, увидев меня.

Папа тоже заинтересованно на меня посмотрел.

– Все хорошо, мам, – говорить сил не было, – весь день разгребали документацию.

– Точно никаких проблем? – напряженно поинтересовался папа.

– Конечно, – пожала плечами и уселась на краешек дивана.

– Со Стасом уже познакомилась? – продолжал интересоваться отец.

– Да.

– И?

– Красив до неприличия, – совершенно честно призналась я, краем глаза заметив, как Суворов сжал челюсти и кинул на меня яростный взгляд.

– Вы нашли общий язык? Он тебя не обижал? – папа подался чуть вперед, внимательно разглядывая мое лицо. Руслан тоже напрягся.

– Ну что ты! Милейший человек, – отцу совершенно необязательно знать всю правду, он волноваться будет.

Папа немного расслабился, но взгляд остался настороженным.

– Леша, прекрати допрашивать девочку, дай ей спокойно попить чай, – вставила матушка.

– Нет, спасибо, я к себе.

– Майя, ты должна поесть, – настаивала родительница, а я только в тот момент поняла, что дико голодна, ведь на обед мы с Вадиком не пошли, слишком поглощённые работой.

– Переоденусь и спущусь, – покорно кивнула головой, поднимаясь наверх. Только однажды обернулась и тут же встретилась взглядом с Богданом.

И вот лучше бы я этого не делала, потому что споткнулась, едва успев схватиться обеими руками за перила, ибо взгляд этот просто обязан был прожечь во мне дыру размером в Марианскую впадину, настолько суровым и яростным он был.

Когда я спустилась к ужину, вся семья уже собралась за столом. И, конечно, свободное место было только напротив Суворова.