Я заберу тебя себе

Неужели он не понимает, что я так не могу? Мне нужно успокоиться, все хорошенько обдумать. И решить для себя, верить ему или нет! Да и доверять мужу я не спешила, с него станется опять на недельку пропасть без вести.

Сашка обиделся, громко засопел и ушел в ванную – курить. Почувствовав запах табачного дыма, я постучалась к нему со словами:

– Саша, мы же бросили!

– Опять начали, – огрызнулся муж. Как он умудряется сделать виноватой меня? Сам в косяках как свинья в апельсинах, а я, жадина такая, посмела отказать! Решив, что я тоже обиделась, ушла в кухню – готовить ужин для сына.

Краем уха я слышала что Саша говорит с кем-то по мобильному, но слов было не разобрать. Готовила борщ и параллельно отвечала на рабочие сообщения. Почему-то мне не хотелось сообщать мужу о наличии у меня работы. В тот момент, когда я закидывала картошку в кипящую воду, в комнату вошел Сашка. Сел на стул, пристально глядя на меня и спросил:

– Лис, у тебя деньги есть?

– Не, а у тебя? – я сама себе напоминала кипящий чайник.

– У меня зарплата только через два дня, – покаянно признался муж, а у меня просто не было слов, поэтому я как рыба открывала рот и выпучив глаза, пыталась хотя бы вдохнуть. Получалось плохо.

– А куда ты дел свою зарплату за прошлый месяц? – сузив глаза, наконец смогла выдавить я из себя, хотя больше всего хотелось орать, громко, долго и матом! У мужа забегали глаза, он опустил голову и сжал руки в кулаки, громко сопя.

Его спас только стук в дверь. Сашка резко подскочил и побежал открывать, а я повернулась к мойке и принялась мыть посуду, пытаясь дышать ровно. Голоса в прихожей стали громче, и я поняла, что к нам опять явился Кай! Появилось почти непреодолимое желание спрятаться под мойку и сидеть там пока мужчина не уйдет. Представляю, как глупо я буду выглядеть, когда мужчины меня там обнаружат.

Мужчины прошли в кухню, о чем-то разговаривая, а я, от накатившей на меня паники не слышала слов.

– Лисенок, сообрази нам что-нибудь поесть, – робко попросил Сашка. Я даже не слышала как они вошли. Просто почти до блеска натерла одну тарелку, боясь повернуться и встретиться взглядом с Каем. Я кожей этот взгляд чувствовала, он во мне дыру прожигал. Руки затряслись, а я покрепче вцепилась в уже скрипящую от чистоты тарелку.