Адвокат моей любви, или Высокое напряжение

Надо же было именно сегодня трём дорогам сойтись в одном кафе! Мексиканская мыльная опера вырисовывается. Надо бы отойти в сторону. Надо бы, но… Марат говорил, что инициатором развода была Оксана. Почему же после встречи с ним она показалась порванной в клочья? С кровоточащей рваной раной в сердце…

Нас разделяла только дверь в металлических воротах. «Нажми ручку, Андрей». Внутренний голос не брал в расчёт крупного пса, гремевшего цепью и утробно ворчавшего.

Оксана бесшумно выскользнула на улицу.

– Мы же попрощались.

Женщина оказалась так близко на ограниченном мной и забором замкнутом пространстве, что ей пришлось запрокинуть белокурую головку, чтобы смотреть в мои глаза. Во взгляде – смешинка, в устах – хмельное дыхание, в волосах – растворившиеся женские феромоны, как красная тряпка для нервных окончаний. Чуть приоткрытый рот с видневшимися кончиками жемчужных зубов… Она будоражила воображение. И не только его.

Прижал её к себе. Оксана немного выгнулась, упёрлась руками в грудь, но оттолкнуть не старалась.

Прижался губами к её лбу, запустив ладонь в густые волны растрепавшихся волос и уткнувшись в них носом. Никакого парфюма. Женский аромат – вот что вспенивает кровь. Удары сердца ощущал физически – её грудь прижалась ко мне, вызывая горячий прилив крови к известной части тела.

– Ты очень красивая, Оксана.

– Это можно было написать в сообщении, о, Ромео!

– Помолчи, мерзлота.

Потянулся к призывно приоткрытому рту, опалил дыханием и накрыл нежные губы долгим поцелуем, почувствовав, как сомкнулись на шее скользнувшие по мускулам её тёплые ладони.

Так целоваться умеют только подростки, ещё не вкусившие запретный плод плотской любви и получавшие от поцелуя наслаждение, созвучное оргазму. Больше всего на свете хотелось выпустить окаменевшего дружка и, спустив тонкие штаны с желанной женщины, подхватить на руки и медленно внедриться в заветное лоно.

Оксана протестующее вздрогнула и откинула голову, освобождая губы из власти затянувшегося поцелуя. Они чуть припухли и от того стали ещё аппетитнее.

– Спокойной ночи, Оксана.

Отвёл взгляд от её губ, отодвинулся от податливого тела, разорвал уютные объятия.