Эй, это моя Рыбка!

Я хотела ей ответить, но тут в нашей комнате загремел рок, и говорить что-либо стало бесполезно: она же и впрямь ничего не услышит. Только взгляды лишние привлеку, и так вон уже у соседей дверь приоткрылась. Любопытные варвары. Что б их. И Ирку, и Лизу с Антоном… Всех. Ну и что, что я – «рыбка». Будет и на моей улице праздник. С этим гордым решением я смело отправилась… кататься на лифте.

Общежитие у нас было десятиэтажное, и меня угораздило заселиться в комнату на девятом. Все бы ничего, если бы не частые отключения электричества и соответственно неработающий лифт.

– Ничего, зато попец подкачаем, – оптимистично заявляла в такие дни Ирка. Я же плелась за ней следом, едва справляясь с одышкой. Физкультура никогда не была моим любимым предметом. Если удавалось ее избежать, я старалась этим воспользоваться. Но злая карма догнала меня, заставив минимум раз в месяц пешком ходить на девятый этаж. Поэтому я любила в остальные дни кататься на лифте. Неплохое место для наблюдений, подумать есть время, но сегодня явно был не мой день.

– Стрельцова, – окликнула меня у дверей лифта комендантша Елена Викторовна, в народе именуемая просто Ленок – в силу возраста. Честно сказать, я и не думала, что комендантами общежития бывают тридцатилетние. Правда, характер Ленок имела нордический, и лишний раз с ней встречаться никто не стремился. Естественно, я с моей сегодняшней везучестью не могла избежать этой встречи.

– Ты на какой этаж? – спросила меня Ленок.

– На третий.

– Вот везение! – обрадовалась она и вручила мне папку с документами. – Держи, передашь Тане Елкиной из триста восьмой. Лучше в руки. Если в комнате нет, то мне занеси. Соседкам не оставляй. Знаю я их: к одной кавалер по ночам шастает, вторая вечно везде опаздывает.

Я, вяло улыбаясь, вызвала лифт и без энтузиазма нажала цифру «три». Двери лифта захлопнулись, и он, гудя, потянул меня вниз.

Таню Елкину я знала – она училась, как и я, на матмехе, но на два курса старше.

– Это у вас еще Пал Николаевича не было, вот он вам задаст жару, – пугала она. Правда, еще через год уверяла: «Пал Николаевич – это что, так, ерунда. Вот Ковалевской сдать предмет с первого раза – это надо постараться».