Дело всей жизни. Книга вторая

***

– Ник, ты куда меня привёл? – шёпотом спросила Несси, крепко держась за мою руку.

– Космический центр NASA имени Джона Кеннеди, – широко улыбнулся, отвечая на вопрос, не требовавший ответа. – Здесь проводят уникальные эксперименты и тренируют космонавтов.

Мы вошли через служебный вход, начальник охраны лично встретил нас и проводил туда, где никогда не бывать ни одному туристу – в подземную лабораторию, в которой совместно с моим исследовательским институтом проводится изучение воздействия на мозг абсолютной тишины и темноты.

Это один из важных научных экспериментов, которые стали возможны благодаря конгрессмену Герману Соломату. Он вообще никогда не отказывал в помощи, если она касалась моих исследований мозга, а сотрудничество с NASA – часть моего масштабного проекта.

– Это я поняла, – снова шёпотом ответила моя девочка, – но сейчас мы куда спускаемся?

– На минус третий этаж. Тебе понравится, – я притянул её к себе за плечи и потёрся носом о запашистые волосы.

– Здесь всё так… обычно, – немного разочаровано протянула она, когда мы из лифта шли по коридору с встроенными светильниками.

– А ты как себе представляла?

– Что-то вроде ангара, площадки над большим просторным помещением с летающей тарелкой… – прыснула смехом и зажала ладошкой рот.

– Это в кино. А тут всё просто вот так.

– Фи, – дёрнула показушно плечиком, посмотрела на меня искоса и засмеялась.

Я улыбнулся и чмокнул свою Неську в висок. Моя девочка такая трогательная и так похожа на пытливого ребёнка.

Нас привели в единственный в своём роде сурдобокс: акустическая установка полностью гасит вибрацию и звуки до стопроцентной тишины – можно сколько угодно орать, но изо рта не вылетит ни звука, не колыхнёт пространство. И всё это дополнено такой же стопроцентной темнотой.

Закрыв за нами полутораметровую в толщину панель-дверь, нас оставили стоять посреди уникальной камеры. Может быть, моя девчонка о чём-то спрашивала, но я не мог это слышать – для неё самой голос звучал лишь в её голове.

Можно было и не закрывать глаза, но я закрыл и замер, крепко прижав к себе Несси. Она ещё не знала, что сейчас случится, а я был здесь не первый раз…

Всего несколько минут требуется мозгу, чтобы испытать сенсорный голод. Он – венец эволюции – существо очень хитрое.

Несси в моих руках вдруг передёрнуло, и она вцепилась в меня так, как, наверное, жертва аллигатора в хлипкий берег.

Мы ухнули в никуда.