Его невольница, или Чартер в преисподнюю

Рванула вниз бесшумно как могла и чуть не описалась, когда краем глаза увидела, как сбоку открывается уличная дверь.

***

– Энвер, у нас побег, – докладывал неприятный тип по телефону, быстрым шагом возвращаясь к машине. – Русская Месуту голову пробила.

– Кто?

– Двадцать седьмая.

– Amina koyum[3 - Здесь и далее слова без перевода – турецкий мат. ]! А вы куда смотрели?! – вскипел собеседник горе-надзирателя. – Я тебе твои зенки на шнурок повешаю и на том же шнурке удавлю, g?t?n? sikerim!

– Мы глаз с дома не спускали…

– Что Месут говорит?

– Он не понял, что это она сделала.

– Всё обыскали?

– И кусты прошарили, никто не видели её. Как сквозь землю провалилась.

– Gebertirim seni! Сколько у неё было времени?

– Месут сказал, минут двадцать навскидку.

– Ищите, она не могла за двадцать минут уйти далеко, русские девки слишком заметные! Найдёшь – жду звонка! Kafami siktin!..

Надзиратель смачно выругался и сплюнул на землю.

– Корай! – позвал он напарника. – Надо пройти по дворам, поспрашивать, она не могла рвануть в горы, а к побережью мимо нас не ушла бы. Если не дура – затихарилась бы в усадьбах.

***

Я одним прыжком заскочила в комнату напротив лестницы и едва не упала, споткнувшись о ковёр. С трудом удержав равновесие и потеряв драгоценные мгновения, готова была зареветь от ужаса быть обнаруженной – спрятаться в большой гостиной решительно негде, единственное место – за распахнутой дверью комнаты.

Метнулась за неё, прижалась к стене, вытянувшись на цыпочках в струнку и возненавидев свою дерзко торчащую грудь. Натянула одной рукой футболку вниз, чтобы сжала её пышность, а второй вцепилась в ручку двери.

Господи! Помоги мне раствориться в этой чёртовой стене!

Весь мой мир сузился до размеров узкого вытянутого треугольного пространства. Но в этом доме я не имела права даже квадратный миллиметр. Меня трясло от страха, не могла совладать с частым дыханием, бросило в пот, ноги слабели от напряжения.

Я слышала, как кто-то, спустившийся по лестнице, прошёл в кухню – голосок малыша, ещё не умеющего говорить, доносился теперь оттуда. Неясное женское бормотание заглушалось ударами моего сердца и шумом крови в ушах. Я настолько сильно старалась расслышать, что происходит там, что чуть не вскрикнула и выпустила ручку двери, когда кто-то с той стороны резко потянул её на себя…

***

Россия, Москва.