Дитя раздора

Новый взрыв хохота за столом, звон бокалов, затертый до оскомины тост… Настроение у меня не то чтобы выправилось, скорее зашлифовалось весельем.

– Ну а ты когда жениться собираешься? – вопросил один из гостей у именинника. – Депутат ведь должен быть семьянином. Тебе избиратели дали карт-бланш потому, что ты в расцвете сил – самое время завести жену и ребенка.

– Ох уж эти условности! – со смехом покачал головой Женька. – У меня целый список качеств, которыми должна обладать моя жена. Только я ее хочу не завести,– Женька поднял указательный палец, – а встретить и полюбить.

И этим своим заявлением завоевал сердца своих избирательниц, сидевших за столом. Они зааплодировали ему с одобрительным «О-о-о!»

– А про список давай подробнее! – хохотнул начальник отдела полиции. – Начни с возраста! Я предоставлю тебе контакты подходящих городских барышень, не обременённых мужьями!

– И можно будет устроить отбор невест, – хихикнула чья-то спутница.

– Потом запереть победительницу в высокой башне, нанять дракона ее охранять и пусть Евгений Георгиевич спасает ее! – захохотал на это сосед моей жены по застолью.

Наташа держала в руке бокал с красным вином, откинувшись на спинку кресла, и больше слушала, чем общалась. Зато когда говорила, сразу привлекала к себе внимание.

В этот раз тоже не обошлось без ее замечания:

– На все мужские списки у женщин один ответ…

Она замолчала. Харизму проявляла. Прям Ленин на бронепоезде. Раньше мне это нравилось… Наташин звездный час.

Все смотрели теперь на нее – ждали продолжения. Именинник пожертвовал собой, задав Наташе вопрос:

– Мне бы хотелось узнать эту страшную тайну, чтобы мои попытки найти жену не провалились! – Он непринужденно засмеялся, и гости его поддержали. – Что я должен для этого сделать? – хитро улыбнулся моей жене, ожидая ответа.

А я снова бесился на жену. Почему нельзя быть проще? Королева, мать ее…

Однако я думал, что бесился. Потому что шкала «Я зол» взорвалась, когда она, глядя мне в глаза, сказала насмешливо:

– Потому что за любым решением мужчины всегда стоит женщина.

Сказала она, сидя в компании состоявшихся в жизни мужчин, среди которых только я был говновозом. Наташа перешла границы.

Над столом снова повисла неловкая тишина. Кто-то тихо кашлянул. А у меня в ушах зашумело от того, что от ярости кровь бросилась в голову.