Роза для варвара

Роза кивнула, с удивлением глянув на девушку. Та не казалась такой уж прилежной сиделкой. Однако не было повода не верить священнику. Хлеб с сыром оказались кисловатыми, но вполне съедобными. А голод не тётка. Впрочем, есть Роза быстро не стала, памятуя о детстве. Когда их вывезли из кольца блокады, кормили понемножечку, очень маленькими порциями. Позже, уже в медицинском техникуме, поняла – чтобы не умереть от переедания. Неизвестно сколько голодало тело Розиты.

Но Манни твёрдо решила не дать Розе насладиться едой.

Она прошлась по комнате, шурша юбками, и заявила:

– Уж теперь-то, сестра, я смогу показать вам, на что я способна! Я хочу умереть на стенах замка с луком в руках, а не за вышивкой в своей комнате!

Роза аж поперхнулась куском хлеба. Поскольку никто не помог ей, она сама хлопнула себя пару раз по груди и спросила осторожно:

– А почему, собственно, ты собралась умирать?

– А какой у нас есть выбор? – девушка улыбнулась, прищурив глаза. – Вы что же, решили сдаться, пока лежали в горячечном бреду?

Роза ничего не ответила.

Пока жевала, лихорадочно соображала. Сдаться – значит, отдать замок на растерзание и разграбление. Варвары показались ей совершенно дикими существами, воинственными и беспощадными. Но какие у обитателей замка есть силы, чтобы противостоять им?

– Я ничего не решила. Святой брат, сколько у нас солдат?

– С пяток ещё боеспособны, да и я могу меч в руке держать! – священник потряс поднятым в воздух кулаком. Роза хмыкнула:

– Держать-то и я смогу. Пять солдат? Это же очень мало!

– Остальные были убиты в начале осады.

Двое валяются от голода…

Роза встала, с изумлением глядя на святого брата, потом подала ему деревянный поднос со своим обедом:

– Так накормите их! Что за глупая жадность?

– А что ты будешь есть, Розита?

– Вам нужно набраться сил, сестра!

– Сил у меня предостаточно, – отрезала Роза, повернувшись к Манни. – Во что мне одеться? Я хочу осмотреть замок.

– И замок забыли, лисса Розалия? – с ехидством спросила девушка, но Роза сразу поняла, что она маскирует тревогу и чуть ли не панику.

Бедная, бедная Манни! Даже захотелось обнять и утешить её, но Роза не стала делать этого. Мало ли, вдруг тут не приняты обнимашки. И этому слову научил бабушку правнучок. Вот так прибегал с учёбы, сбрасывал сумку с плеча и к Розе: «Бабуль, обнимашки!»

Как они там без Розы… Жалко, что она не может увидеть в последний раз своих дорогих и любимых. Дочка, наверное, плачет. Уж очень они были близки.