Княжья травница – 2. Вереск на камнях

Но она родила крепкого и здорового мальчишку, первого ребёнка с того момента, как мы покинули Златоград. Итого минус пять и плюс один.

Но сколько ещё будет длиться наше путешествие?

– Я уста-а-ала!

– Асель, замолчи, пожалуйста, – попросила я, спрыгивая с седла в вязкую грязь. Дожди закончились два дня назад, но земля ещё не просохла. Конечно, лошадям и верблюдице тяжело. Но не тяжелее, чем людям.

– Взять тебя в седло, Руда?

– Как-нибудь обойдусь! – бросила я вверх. – Схожу в лес, поищу травы.

– Своенравная княгиня, – буркнул Ратмир с нежностью во взгляде, а потом посвистел: – Буран! Буран!

Рыжий пёс вынырнул из-под брюха лошади и потрусил рядом с князем.

Я невесомо потрепала его по мокрой холке, и Буран чихнул:

– Когда привал? Я жрать хочу!

– Я давно у неё спрашиваю, – повернула к нам горделивую голову Асель, продолжая месить грязь широкими мозолистыми ногами. – А она говорит: «Не ной».

– Пошли, Буран, посмотрим, что там впереди, – сказала я громко, но совсем не для Бурана.

 – И, если найдём подходящую поляну, остановимся на день и ночь. Людям и животным нужно отдохнуть.

– Согласен, – коротко ответил Ратмир и помахал дружинникам. Некоторые из них ускорили шаг лошадей и догнали нас. Князь приказал: – Следуйте за княгиней и охраняйте её. Ищите место для длительной стоянки.

– Здесь сплошная грязь, – ответил Тишило, парень с порванной ноздрёй, и с досадой сплюнул в примятую траву.

– Вот и найдите место без грязи, – спокойно сказал Ратмир.

– Айда, мальчики, – усмехнулась я.

 – Раньше сядем – раньше выйдем.

Сапоги утопали в жидкой земле, плащ волочился по ней же, и мне пришлось подобрать его и заткнуть за пояс. Я чувствовала себя ужасающе грязной, липкой и вонючей… Мне хотелось в ванну, в баню, да хоть в реку! Отмыться, оттереться, надеть свежую рубаху, свежее, пахнущее мятой и пижмой платье, заколоть скрипящие от чистоты волосы в пучок, чтобы не лезли в глаза! Но баня пока была роскошью. Зато, когда обоснуемся на новом месте, я прослежу, чтобы первым делом поставили сруб бани…

Плотная стена леса тянулась и тянулась, я шагала и шагала, упрямо меся землю ногами, и уже отчаялась увидеть хоть что-нибудь вместо этого чёртова леса.

Караван остался позади, лошади дружинников вяло плелись едва ли быстрее меня, Буран рыскал на опушке, вынюхивая и высматривая дичь. Я устала… Я так устала от этого пути! Может, зря мы покинули Златоград?

Упаднические мысли то и дело посещали меня.