Дворецкий для попаданки

Покрутившись по гардеробной, Лестрейд потёр руки и жизнерадостным тоном заявил:

– Ну что ж, мне всё ясно! С ключиков сняли слепки, видимо, этот дегенерат готовился к краже заранее! И совершенно ясно, что у него был помощник!

Он обернулся и ткнул обличающим пальцем в Лили, которая побледнела:

– Или помощница. Ты дала ему ключи от сейфа и комода! Ты соучастница! Перкинс, арестовать её!

Лили всплеснула руками:

– Я? Я тут ни при чём, господа! Миледи, прошу вас, скажите им!

Её хорошенькое личико побледнело, потом пошло пятнами.

– Не думаю, что моя компаньонка… – сказала я медленно. Впрочем, я же ничего не знаю. Всё произошло до переноса моего сознания в это тело!

– Не беспокойтесь, леди Маргарет, как только она окажется в полицейском управлении, во всём сознается! – уверенно заявил Лестрейд, глядя, как на Лили надевают старинные наручники, больше похожие на кандалы.

Девушка держалась вполне стойко, но, когда Перкинс повёл её к выходу, разрыдалась, заламывая руки:

– Миледи, я не сговаривалась с Фалкинсом против вас! Клянусь!

– А что я могу сделать? – пробормотала я растерянно и взглянула на Лестрейда.

– Леди Маргарет, рад служить, – детектив поклонился и вышел из моей гардеробной. Клаус решил проявить вежливость и проводить гостей.

А я нахмурилась. Неужели эта милая девушка обокрала свою хозяйку?

Надо бы разобраться самой, на полицию надежды мало.

Вообще, странно, что Лили не защищалась. Если она не виновата, могла бы сказать, что у неё алиби, например. Она же должна была быть с хозяйкой после смерти графа: утешать, вонючку под нос подсовывать. Хотя… Ведь Лили могла сделать слепки давно, а Фалкинс обчистил бы сейф после кончины хозяина.

Интересно, они были любовниками?

В гостиную неслышно зашёл Нокс, и я вздрогнула, когда заметила его. Приложив руку к сердцу, выдохнула:

– У вас в предках были коты?

Он поднял на меня вопросительный взгляд, и я отмахнулась:

– Ладно, извините.

– Хорошо, миледи. Позволите собрать всех здесь или в холле?

– Здесь, наверное.

Ещё один взгляд, на этот раз с мимолётным прищуром. Затем Нокс поклонился и вышел так же неслышно.

Наверное, у него войлочная подошва на туфлях.