Эксперт для ангела

В каждом из них она скупала не меньше горы не очень-то нужных вещей, аксессуаров или косметики при этом все подряд мерила по сотне раз и требовала восхищённых отзывов консультантов на любое свое появление.

Я устало потирала лодыжки, сидя на широком, мягком диване напротив примерочной. Ноги грозили в скором времени отвалиться, а в желудке неприятно урчало. К моему огромному сожалению, на летние закусочные с пёстрыми зонтиками моя компаньонка не обращала никакого внимания.

На очередном повороте от ресторана к магазину силы покинули уставшую душу окончательно.

– Давай поедим, дорогая? Пожалуйста! Я не могу так больше!

Джулия смерила меня пренебрежительным взглядом, но позволила увлечь себя к ближайшему столику.

– Ты так глупа, Паолинья! Когда ещё Анжело позволит тратить, сколько вздумается? Надо брать, пока дают.

– Вот поем и возможно стану разделять твой энтузиазм, – я нервно оглядывалась в поисках официанта. – Поможешь заказать? Я не знаю итальянского.

– Это Кальяри, забыла? – снисходительно улыбнулась компаньонка, – Тут говорят по-английски.

После пребывания в доме Анжело Валлара, где понимали меня только хозяева, сложилось полное ощущение отчужденности. Только сейчас, после заявления синьорины Барзинья, начала понемногу отступать полная уверенность в собственном отчуждении. Я быстро освоилась с меню и заказала себе пиццу невероятных размеров и разнообразного содержимого, на что Джулия скептически поморщилась.

– Растолстеешь, перестанешь нравиться Анжело.

– Велика потеря, – презрительно хмыкнула я, – глядишь отпустит.

– А ты действительно этого хочешь?

От ответа удалось уйти, поскольку принесли заказ. Да и, строго говоря, я не знала, что можно ответить. Мои чувства путались, замещались, будто осколки зеркала в калейдоскопе.

Джулия сфотографировала для своей страницы в социальных сетях каждый кусок по отдельности, потом себя с каждым из них и, наконец, меня, чтобы подписать фото чем-то вроде: «Вот та самая подруга, которая и собирается все это есть.

Не подумайте, я заказала выпечку не себе.» После чего мне наконец позволили приступить к трапезе. Пару минут посомневавшись, красавица присоединилась, всем своим видом давая понять, что делает это из человеколюбия и оказывает тем самым мне огромное одолжение. Настроение быстро поднялось, раскрепощая окончательно.

– А потом по салонам красоты…

– Не-е-е-е-т! Пожалуйста.