Камень в моей руке

 – Но ведь ему, и правда, нужен особый уход, лекарства…

– Бога ради, все, что ему нужно – это покой. И миска горячего супа из маминых рук. Это не болезнь, Крис. Это просто старость.

– Быть старым – отвратительно. Чем прозябать вот так долгие годы, мучиться от болезней и немощи, уж лучше самому выбрать подходящий момент и сделать укольчик с успокоительным.

– Ты – набитый опилками дурак, – сказала Хайди и отвернулась. Она достала из кармана джинсов платок и вытерла слезящиеся глаза старика, а потом тихо погладила его по впалой щеке.

Анника, которая ненадолго убегала в соседнюю комнату, протянула мне лист бумаги. Я чуть дар речи не потерял. Это был мой портрет, набросанный парой быстрых, точных линий. Надо сказать, я обладаю редким талантом испортить любую фотографию, и за всю жизнь у меня не накопилось и десятка удачных снимков. А тут – настоящий портрет. Я всматривался в торопливые, почти случайные линии и никак не мог разгадать секрет – как за три взмаха кистью можно так точно все передать?

– У тебя настоящий талант, – с искренним восхищением произнес я, протягивая рисунок Хайди.

– Так и есть. Только не у меня. У Анники. Это она рисовала, – ответила она.

– Шутишь?

– Нисколько. Пойдем, сам все увидишь.

Анника уже и сама тянула меня в соседнюю комнату – видимо, спальню девочек. Все стены были увешаны рисунками. Портреты деда, матери, старшей сестры, самой Анники в ореоле растрепанных волос. Полуоблетевший одуванчик, быстрокрылая стрекоза, понурый силуэт дерева за дождливым окном… Все – схваченное парой точных, стремительных линий, словно освещенное яркой вспышкой.

– Это… просто невероятно, – сказал я. – Но как это вообще возможно? У нее же…

– Синдром Дауна, – насмешливо подсказала Хайди. – И что? Анника, и правда, особенная. Но вовсе не из-за какой-то дурацкой хромосомы. А знаешь почему? Потому что не умеет злиться, завидовать, ненавидеть. Ее переполняет радость жизни. Каждое утро, соскакивая с кровати, она готова обнять весь мир – так она счастлива.

– Нет. Конечно же, нет, – промямлил я, чувствуя себя полнейшим идиотом.

На лекциях по праву устройство современного общества выглядело абсолютно логичным, выстроенным в соответствии с неопровержимыми законами природы. Надо сказать, человечество заметно наследило на земле: природные ресурсы истощаются. Ну, а война, которая только чудом не разрослась в третью мировую, довершила дело.